Рейтинг@Mail.ru
Мику Противоправная деятельность имама мечети Чистополя
«ПРОТИВОПРАВНАЯ» ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ИМАМА МЕЧЕТИ ЧИСТОПОЛЯ Н.М. МОФЛЮХУНОВА (ТАТАРСКАЯ АССР)
 
«ILLEGAL» ACTIVITY OF THE IMAM OF THE MOSQUE OF CHISTOPOL N.M. MOFLYUKHUNOV (TATAR ASSR)
 
Мику Наталья Валентиновна,
кандидат исторических наук
Пензенский государственный университет архитектуры и строительства,
г. Пенза, Россия
Mickу Natalya V.,
Ph.D. in History
Penza State University of Architecture and Construction,
Penza, Russia
E-mail: mickуnv@gmanagement.ru
 
Королева Лариса Александровна,
доктор исторических наук, профессор
Пензенский государственный университет архитектуры и строительства,
г. Пенза, Россия
Koroleva Larisa A.,
Doctor in History, Professor
Penza State University of Architecture and Construction,
Penza, Russia
E-mail: korolevala@gmanagement.ru
 
УДК 93/94
 
Аннотация: В статье рассматривается деятельность (проповедническая, обрядовая и т.п.) известного служителя исламского культа Татарстана Н.М. Мофлюхунова, иногда выходившая за рамки советского законодательства.
Ключевые слова: СССР, ислам, Н.М. Мофлюхунов.
Abstract: In article the activity (evangelical, ceremonial, etc.) the famous attendant of an Islamic cult of Tatarstan N.M. Moflyukhunov which sometimes was beyond the Soviet legislation is considered.
Key words: USSR, Islam, N.M. Moflyukhunov.
 
Ислам играл серьезную роль в жизни советского государства, особенно в регионах традиционного распространения ислама. Основными проводниками веры были священнослужители, именно они во многом определяли характер конфессионального климата повседневной жизни верующих. Одной из значимых фигур в жизни мусульман Татарской АССР был имам Н.М. Мофлюхунов.
Имам Чистопольской мечети Н.М. Мофлюхунов родился в 1931 г. в деревне Арасланово Нязе-Петровского района Челябинской области. В 1946 г. окончил 7 классов неполной средней школы в совхозе «Лагерный» Салаватского района Башкирской АССР. Работал в различных организациях и на предприятиях. С марта 1952 г. по октябрь 1956 г. служил в рядах Военно-Морского Флота. С сентября 1957 г. учился в мусульманском медресе «Мир-Араб» в Бухаре. В мае 1960 г. после окончания IV курса перевал обучение в духовном училище по состоянию здоровья. По другим источникам, был отчислен из медресе за экстремистские взгляды. Свободно владел татарским и русским языками, на арабском читал и переводил со словарем. С января 1961 г. по направлению муфтия ДУМЕС являлся служителем мусульманского культа в мечети Чистополя. В 1973 г. совершил паломничество в Мекку. До 1988 г. Н.М. Мофлюхунов работал настоятелем Чистопольской городской мечети.
Одним из важных участков работы любого имама было чтение проповедей [1; 2; 3]. В одном из своих публичных выступлений Н.М. Мофлюхунов говорил: «Водка – мать безобразных дел, начало всех грехов. Тот, кто употребляет водку – отступник от веры, он не верит в потусторонний мир и рай. Алкоголик разрушает религию ислам. Тот, кто дает деньги алкоголику, подобен соучастнику в убийстве. Если алкоголик заболел, не интересуйтесь его здоровьем, если умрет – не участвуйте в его похоронах, т.к. он уже отлучен Аллахом от ислама» [5, л. 47]. В 1977 г. Н.М. Мофлюхунов в праздничной проповеди на «Курбан-байрам» резко критиковал тех, кто устраивал «красные свадьбы» [4, л. 187]. Однако мулла не слишком добросовестно относился к своим обязанностям. Так, в 1969 г. во время его проповеди в праздник «Курбан-байрам» раздавались реплики «Это мы уже слышали», «Ничего нет нового» и т.п. [5, л. 20].
С конца 1970-х гг. в различные инстанции, в том числе и в адрес ДУМЕС, стали поступать письма, в которых верующие мусульмане выражали возмущение тем, что мулла Мофлюхунов отказывался отпевать погибших при исполнении воинского долга. Свой отказ он мотивировал тем, что эти люди преждевременно ушли из жизни не в боях за религию, а по иным причинам [1]. Мулла постоянно выражал свое враждебное отношение к тем верующим, дети которых являются членами КПСС либо комсомольцами или принимали участие в Великой Отечественной войне. В своих проповедях Мофлюхунов осуждал интернациональное общение граждан, дружбу народов, подвергал всяческому осуждению смешанные браки. В связи с этим бывший председатель ДУМЕС муфтий Исаев направил письмо в адрес уполномоченного Совета по делам религий по Татарской АССР И.А. Михалева с просьбой разобраться в «антиобщественных» действиях муллы и принять меры вплоть до снятия его с должности имама мечети. 28 января 1980 г. в адрес Мофлюхунова направляются предписание уполномоченного Совета: «Руководствуясь законодательством о религиозных культах, а также исходя из проверки в январе 1980 г. работы мечети зам. уполномоченного Совета по делам религий по ТАССР т. К. Гатауллина считаю установленным, что вы грубо нарушаете законодательство о культах. …Предупреждаю, что в случае повторения этих нарушений вы будете сняты с регистрации за грубые нарушения советского законодательства» [4, л. 36]. Однако это предписание вскоре было возвращено то. Михайлову с припиской муллы: «Несправедливое обвинение, которое указано в этом предписании, отвергаю. У меня никаких грубых нарушений нет о культах, и никого не подстрекал против власти» [4, л. 36-37]. Вскоре после этого Мофлюхунов направил уполномоченному Совета по делам религий письмо с весьма резкими высказываниями: «Почему около мечети, которая построена 130 лет тому назад, построили горком? … Прекратите оказывать на нас давление через ДУМЕС, горсовет, КГБ, ОБХСС» [4, л. 37]. Вновь избранный председатель ДУМЕС Т.С. Тазеев в октябре 1980 г. предпринял попытку снять имама Мофлюхунова своей властью. Духовным управлением были направлены в Чистопольскую мечеть члены президиума Духовного управления Бабарсов, Яруллин, имам-хатыб Казанской мечети Сафиллин для доведения решения до сведения исполнительного органа религиозного объединения и верующих. Однако они не были допущены сторонниками Мофлюхунова в мечеть. 4 сентября 1980 г. Мофлюхунов был приглашен к секретарю горисполкома, председателю комиссии содействия контролю за культами С.З. Вильдановой, где отказался по ее требованию сдать справку о регистрации.
В середине 1980-х гг. в партийные и советские органы Татарской АССР и РСФСР, в том числе в КГБ, вновь начали поступать жалобы верующих на Н.М. Мофлюхунова. Для выяснения обстановки и принятия мер в Чистополь неоднократно выезжали заместитель уполномоченного Совета по Татарской АССР Ю.В. Михайлов и старший референт по вопросам культуры Совета Министров Татарской АССР Р.С. Халиуллин. Они беседовали с первым секретарем горкома КПСС В.Д. Стекольщиковым и председателем исполкома Чистопольского городского Совета народных депутатов А.Х. Хайруллиным. Заместитель уполномоченного Совета встречался с верующими, не разделяющими экстремистских взглядов имама. Выяснилось, что Н.М. Мофлюхунов привлек на свою сторону учредителей мусульманского объединения и большинство верующих, окружил себя лично преданными людьми, некоторые из них ранее отбывали наказание за совершение уголовных преступлений. Опираясь на них, мулла начал настоящую травлю против неугодных ему верующих. В результате 20 человек из-за постоянных преследований отделились от мечети и стали проводить богослужения в частном доме. Следует уточнить, что мусульманская община Чистополя была невелика и насчитывала около 200 верующих, причем, только 80 из них регулярно посещали мечеть. Мофлюхунов дважды приглашался к уполномоченному Совета по ТАССР для личной беседы, однако явиться в Казань отказался.
В 1986 г. уполномоченный Совета докладывал председателю Совета по делам религий при Совете Министров СССР К.М. Харчеву: «… Руководящее ядро общины ставит свою деятельность вне советских законов и контроля со стороны органа советской власти. Причиной этого является антиобщественная деятельность имама Чистопольской мечети Н.М. Мофлюхунова, который в течение последних лет под прикрытием религии ведет националистическую обработку верующих, призывает к строгому соблюдению канонов ислама, приобщению детей к религии, ограничению прав и свобод женщин, отказу от общественно-полезного труда и т.д. По своим взглядам он стоит на позициях политико-религиозного сектантского течения ˝ваххабизм˝ и крайне негативно относится к советской действительности» [4, л. 38].
Для «оздоровления» обстановки в мусульманском объединении Чистополя предлагался комплекс мер. В первую очередь, предлагалось организовать контроль за прохождением пятничных богослужений в мусульманском объединении и за «идейной направленностью» проповедей, высказываний и ответов на вопросы верующих имама мечети Н.М. Мофлюхунова, чтобы «иметь четкое представление о степени его влияния на участников богослужения». Следовало документально фиксировать возможные факты антиобщественных, экстремистских и националистических высказываний Н.М. Мофлюхунова во время его участия в меджлисах и при совершении обрядов в домах верующих. Планировалось заслушать отчет о деятельности комиссии содействия контролю за соблюдением законодательства о религиозных культах и мерах по улучшению ее работы на заседании исполкома городского Совета народных депутатов Чистополя. Власти потребовали «глубоко и всесторонне» разобраться в деятельности ныне функционирующего исполнительного органа мусульманского объединения на предмет выявления его способности строго соблюдать законодательство о религиозных культах, занимать независимую позицию по отношению к имаму мечети, противостоять его попыткам вмешиваться в административно-хозяйственную деятельность религиозного объединения. В случае выявления нарушений законодательства о религиозных культах со стороны лиц, входящих в состав исполнительного органа, рекомендовалось принимать к ним меры воздействия в соответствии с советским законодательством - постановлением ВЦИК и Совнаркома РСФСР «О религиозных объединениях», «Кодексом РСФСР об административных правонарушениях» и пр. Для нейтрализации «оппозиционного» имама была обозначена задача вести целенаправленную работу по вовлечению в состав учредителей мусульманского объединения новых членов из числа верующих граждан, не подверженных влиянию Н.М. Мофлюхунова, и добиться их численного перевеса в составе учредителей религиозной общины. Кроме того, надо было из расширенного состава учредителей подобрать кандидатов в новый состав исполнительного органа, который бы не зависел от влияния имама Н.М. Мофлюхунова, и был способен строить свою работу в строгом соответствии с законодательством о религиозных культах. При благоприятной ситуации следовало избрать этих лиц в состав исполнительного органа на собрании учредителей мусульманского объединения. Следовало добиться того, чтобы верующие, в отношении которых был допущен произвол и оскорбления со стороны муллы Н.М. Мофлюхунова и его сподвижников, удовлетворяли свои религиозные потребности только в мечети, а не в частных домах; по каждому факту произвола по отношению к ним принимать к организаторам травли и беспорядков меры по всей строгости закона. Предлагалось практиковать выступления работников административных органов перед верующими по разъяснению законодательства о религиозных культах и об ответственности граждан за их нарушение.
После переезда Н.М. Мофлюхунова в Казань там также сформировалась отдельная группа его сторонников, базой которой являлся частный дом лидера, где проводились пятничные богослужения и занятия. В середине 2000-х гг. группа благодаря активности сына Мофлюхунова Мухаммеда вела широкую издательскую деятельность, пропагандируя свои взгляды [7, с. 78].
Н.М. Мофлюхунов скончался в 2012 г.
Таким образом, имам Н.М. Мофлюхунов был известным священнослужителем, деятельность и взгляды которого следует изучать для воссоздания более полной и реальной картины конфессиональной ситуации в Среднем Поволжье, в целом, в Татарской АССР, в частности.
  
Список использованных источников:
 
1. Королева Л.А., Королев А.А. «Модернизация» ислама в СССР. 1950-1980 гг. (по материалам проповедей мусульманского духовенства Среднего Поволжья) // Известия Алтайского государственного университета. Серия «История. Политология». 2008. № 4/4. С. 113-116.
2. Королева Л.А., Королев А.А. Татары-мусульмане Пензенской области: взгляд в советское прошлое (1940-1980-е гг.) // Антропологический форум. 2008. № 9. С. 299-308.
3. Королева Л.А., Молькин А.Н. Проповедническая деятельность мусульманского духовенства Среднего Поволжья. 1945-1980 гг. (по материалам Татарской АССР и Пензенской области) // Гуманитарные научные исследования. 2013. № 11 [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2013/11/4144 (дата обращения: 25.11.2016).
4. НА РТ. Ф. Р-873. Оп. 1. Д. 77.
5. НА РТ. Ф. Р-873. Оп. 1. Д. 93.
6. НА РТ. Ф. Р-873. Оп. 2. Д. 41.
7. Сызранов А.В. Нетрадиционные мусульманские организации в Поволжье на рубеже XX–XXI вв.: идеология, практика, социальные последствия // Социально-гуманитарный вестник Прикаспия. 2015. № 2 (3). С. 76-79.