Рейтинг@Mail.ru
Равочкин Никита Николаевич Изучение дискурса в современной лингвистике
ИЗУЧЕНИЕ ДИСКУРСА В СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ
 
STUDY OF DISCOURSE IN CONTEMPORARY LINGUISTICS
 
Равочкин Никита Николаевич,
кандидат философских наук
Кемеровский государственный сельскохозяйственный институт,
Россия, Кемерово
Ravochkin Nikita N.,
Ph.D. in Philosophy
Kemerovo state agricultural institute,
Russia, Kemerovo
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
УДК 81
 
Аннотация: Данная статья посвящена анализу изучения дискурса в современной лингвистике. Целью статьи является экспликация категории «дискурс». Исследование доказывает, что, несмотря на все стремления к унификации и однозначному прояснению определения даже применительно к лингвистике, однозначной трактовки дискурса в современной науке не существует.
Ключевые слова: дискурс, лингвистика, текст, язык, речь.
Abstract: This article is devoted to the analysis of the study of discourse in modern linguistics. The purpose of the article is the explication of the category «discourse». The study proves that, despite all the strivings for unification and unambiguous clarification of the definition, even with reference to linguistics, there is no unambiguous interpretation of discourse in modern science.
Key words: discourse, linguistics, text, language, speech.
 
Категория «дискурс» в современной наукеможет рассматриваться как устоявшаяся. Многим может показаться, что необходимость обоснования ееиспользования(игнорируя контекст)ушла на задний план. В последнее время исследуемая нами категория приобрела широкоупотребительный характер. Поэтому вполне логично, что «дискурс» встречается в большинстве наук и производных от них дисциплин: философия, лингвистика, культурология, история, социология, политология, педагогика, искусствоведение представляют неполный перечень наук, в которых применяется термин «дискурс». При обращении к дискурсу общим, вопреки различающимся предметам изучения социогуманитарных наук, видится их антропоцентристскаяпарадигмальная направленность. Поэтомусправедливо замечание В.З.Демьянкова, что дискурс может рассматриваться как специальный термин, используемый науками о человеческой духовности [5].
Несмотря на продолжительный (более полувека) характер научной деятельности, изучающей категорию«дискурс», исследовательский интерес к данному феномену только возрастает.Мы связываем этос тем, что определение данной категории дано слишком широко ирасплывчато. Широта использования позволяет указать и на определенную моду, и на беспорядочность его применения. Отсюда следует неодинаковость и неоднозначность его интерпретации и использования различными учеными. Неудивительно, коллективная «одержимость» терминологической новинкой и частотность ее употребления, привела к тому, что некоторыеученыесчитают«дискурс» своего рода термином-паразитом, выполняющим парольную функцию взамен информативной [9].
Использование дискурса как лингвистического термина представлено в классификации С. Слембрука. В качестве областей знания, использующих данный термин, он выделяетаналитическую философию,теорию речевых актов, структурную, лингвистику, общую и функциональную стилистику, прагматику,теорию референций, лингвистическую антропологию,этнографию, социолингвистику, семиотику, культурологию, социальную теорию и др. [17]. Классификация Слембрука, как и любаяклассификация вообще, не является исключительной и полной, поскольку она несет в себе субъективизм конкретного автора. Параллельно с этим, приведем и другое мнение. Н.Н. Белозерова и Л.Е. Чуфистова, критикуя представленную классификацию, упоминает психоанализ, теорию перевода,компьютерную лингвистики, где употребление термина расширяется либо приобретает особое содержание. Замечательным здесь видится то, что каждая дисциплина порождает новые «дискурсы», выходящие за ее специальные рамки [2].
Обозначенная тема задает императив – рассмотреть дискурс с позиции лингвистики. Стоит отметить, что понятие дискурса в современном языкознании является одним из самых неопределенных. Это очевидно, поскольку определение образа автора и адресата в политическом дискурсе невозможно без рассмотрения базового и основополагающего понятия исследования, а именно – дискурса вообще. Discours– это французское слово, происходящее от латинского discursus, и означая рассуждение, довод.Значение слова discours во французском языке определяется как выступление, рассуждение. В русском языке, как и во многих других европейских, этому слову нет эквивалента.Под дискурсом в России сегодня принято понимать сам дискурс (как непереводимое слово), дискурсию, речь, слово, текст, рассуждение. Таким образом, дискурс – одно из наиболее сложных и трудно поддающихся определению понятий в современной науке, что проявляется и в момент его генезиса и вхождения в лингвистическую терминологию.
Начнем с того, что предпосылки современного понимания дискурса с позиции лингвистики относятся ко второй половине XIX в. В это время происходит становление новых подходов к рассмотрению языка. Главным образом, с изучением функциональных особенностей языка и объяснению языковой формы ее функциями. Появление исследовательского интереса к «дискурсу» связано с именем основоположника современной лингвистики Ф. де Соссюром, к слову, редко использовавшим этот термин. Такое редкое его употребление Соссюр объяснял тем, что «язык», противопоставляемый речи, или дискурсу (в одном из своих значений с французского языкаdiscours такжеобозначает«речь»), как практической реализации самого языка,является единственным предметом изучения лингвистики. Тем не менее, его последователи не разделяли такое мнение, напротив, сосредоточившисьна понятии дискурса. Э. Бенвенистпрактически не употребляет понятие «речь», заменяя его на «дискурс», правда, конкретизируя ее как «речь, присваемую говорящим». Именно в концепции Бенвениста, разграничевшего план повествования и план дискурса, сам дискурс обретает прагматическую направленность [3]. Поэтому для нас дискурс являетсяинтенционально ориентированной деятельностью.Э. Брюссансна смену соссюровской диаде «язык–речь» утверждает триаду «язык–дискурс–речь», понимая под дискурсом элемент, выполняющий«посреднические» функциимежду языком и речью. У Брюссанса язык выступает абстрактной системой знаков, дискурс концентрирует в себе некоторые определенные комбинации, с помощью которых говорящий использует язык, а речь является и самим механизмом, и процессом речевой деятельности [6; 18].
Трактовка исследуемого понятия значительно менялась на протяжении тех лет, когда осуществлялись исследования дискурса. В.Н. Бабаян пишет, что «если в 1960-70-е годы дискурс понимался как связанная и согласованная последовательность предложений или речевых актов, то с позиций современных подходов дискурс – это сложное коммуникативное явление, включающее, кроме текста, еще и экстралингвистические факторы (знания о мире, мнения, установки, цели адресата), необходимые для понимания текста» [1].
В.Е. Чернявская и Е.Н. Молодыченко предлагают четыре возможные трактовки дискурса в современной лингвистике, выстраивание их по принципу «восхождение от абстрактного к конкретному»:
1. Как языковая составляющая процесса межличностного взаимодействия, т.е. как употребление языка в качеств инструмента деятельности;
2. Как язык в его использовании в конкретной области знаний/общественной практике (например, научный дискурс);
3. Как специфический способ отражения мира с точки зрения социальной группы, представляющей такое отражение;
4. Как конкретный текст с его экстралингвистическими связями и в его экстралингвистической обусловленности (наиболее характерно для англоязычно традиции) [14].
В «теории коммуникативной рациональности» Ю.Хабермаса дискурс определяется как коммуникация особого вида, цель которой - непредвзятый анализ реальности, а также критическое обсуждение и обоснование взглядов и действий участников коммуникации [12]. Кроме этого, французские интеллектуалы в реалиях постмодернистской ситуации под дискурсом в лингвистике понимают некоторую ментальность, идеологию, совершаемые по некоторым правилам (например, синтаксиса) с определенной семантикой коммуникативные акты [4]. Идентичное понимание дискурса предлагает отечественный исследователь Ю.С. Степанов, указывающий на то, что под термином «дискурс» он понимает некоторое образование в русском языке:«стоит разъяснить это явление: дискурс – это первоначально особое использование языка, в данном случае русского, для выражения особой ментальности, в данном случае также особой идеологии; особое использование влечет активизацию некоторых черт языка и, в конечном счете, особую грамматику и особые правила лексики. И в конечном счете в свою очередь создает особый «ментальный мир» [10].
Заслуживает вниманияинтерпретация дискурса С.В. Коломиец. Так, в духе развития неклассической науки она указывает, что дискурс, как и любой многозначный объект,является междисциплинарной лингвистической категорию. Сложность в том, что «дискурс представляет собой явление промежуточного характера между речью и общением, языковым поведением, с одной стороны, и фиксируемым текстом с другой стороны. Поэтому дискурс необходимо рассматривать с позиции не только лингвистики (по В.И. Карасику), но и социолингвистики, прагмалингвистики, лингвофилософии» [8].
Наконец, обращаясь к статье Н.Д. Арутюновой «Дискурс» в Большом энциклопедическом словаре по языкознанию, в очередной разубеждаемся, что в России данный термин также рассматривается с нескольких позиций и учитывать его многомерность в аспекте семантического варьирования:
– Дискурс – это связный текст в совокупности с экстралингвистическими – прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами.
– Дискурс – это текст, взятый в событийном аспекте.
– Дискурс – это речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах).
– Дискурс – это речь, «погруженная в жизнь» [15].
Обратившись к теории дискурса, автор обнаружил множество его интерпретаций и трактовок. Однако мы придерживаемся определениядискурса, которое сформулировал его ведущий исследователь Т.А. ван Дейк, т.е. как «коммуникативное событие, происходящее между говорящим и слушающим в процессе коммуникативного действия в определенном временном, пространственном и прочем контексте. Это коммуникативное действие может быть речевым, письменным, иметь вербальные и невербальные составляющие». Мы показываем, что дискурсомявляется не только текст, в смысле совокупности слов, но включает в себя и другие формы выразительности в тексте или речи. Касаемо речи, эти формы варьируются от интонационных аспектов проговаривания до выражения лица и размахивания руками. В тексте эти способы выразительности воплощены в форме предложений, служащих определенным целям. Такое понимание дискурсас позиции функционального подхода состоит в выявлении сложного единства языковой формы «коммуникативного события»,происходящего между говорящим и слушающим в процессе коммуникативного действия (речевого, письменного, имеющего вербальные и невербальные составляющие) в определенном контексте [11; 16].
Подчеркнем, что в нашем понимании дискурс как лингвистическая категория не дублирует и не подменяет понятия текст. Дискурс обозначает коммуникативный и ментальный процесс, приводящий к образованию некой формальной конструкции – текста. Если рассматривать текст как последовательность высказываний, связанных в единой текстовой системе, то дискурс предстает как совокупность текстов, в определенной мере друг с другом коррелирующих. Преимущество дискурса, в отличие от текста, заключается в том, что дискурс позволяет идти от текста как относительно законченной, формально ограниченной сущности, построенной по своим внутритекстовым законам к другим, уже существующим или потенциально возможным текстам. Поэтому, как пишет В.Е. Чернявская, дискурс представляет «принципиально открытое множество текстов / высказываний … и не может быть приравнен к одному тексту и не конституируется отдельным текстом» [13].
Таким образом, вне зависимости от широты и различий в понимании этого термина в современной лингвистике, общей тематикой является неразрывная связь дискурса с речевым общением. «Погруженность в жизнь», указывает на живоевербализуемое общение вконкретной ситуации или контексте, что характеризуется отклонениями от канонической речи. Именно«отсюда внимание к степени спонтанности, завершенности, тематической связности, понятности разговора для других людей. Помимо структурных характеристик дискурс имеет тонально-жанровые изменения»,под которымипринято пониматьследующие параметры: серьезность/несерьезность, обиходность/ритуальность, стремление к унисону/конфликту, сокращение/увеличение дистанции общения [7].
Трактовки понятия «дискурс» отличаются крайней разнородностью и противоречивостью. С момента концептуализации дискурса Т.А. Ван Дейком [16] сформировалось несколько сосуществующих методологических установок, каждая из которых придавала дискурсу собственный смысл. В условиях междисциплинарной научной парадигмы под дискурсом одновременно понимается и текст, и коммуникативные взаимодействия, и различные социальные практики.
 
Список использованных источников:
 
1. Бабаян В.Н. Критический анализ теории дискурса в плане учета молчащего наблюдателя // Ярославский педагогический вестник. 1997. №2. Ярославль: ЯГПУ им. К.Д. Ушинского. С. 30-32.
2. Белозерова Н.Н., Чуфистова Л.Е. Когнитивные модели дискурса. Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2013. 256 с.
3. Бенвенист Э. Общая лингвистика. М.: Прогресс, 1974. 448 с.
4. Горбунов А.Г. Дискурс как новая лингвистическая парадигма // В сборнике материалов III Международной научной конференции «Актуальные задачи педагогики». 2013. С. 155-158.
5. Демьянков В.З. Об антропоцентрическом направлении в когнитивной лингвистике // Когнитивные исследования языка. 2016. № 27. С. 36-45.
6. Дискурсивное пространство современного мира: Монография / Е.В. Бобырева, И.В. Палашевская, Ю.В. Погребняк, А.М. Морозова, Е.А. Курченкова. Saint-Louis, MO, USA: Publishing House Scienceand Innovation Center, 2014. 150 с.
7. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград: Перемена, 2004. 390 с.
8. Ковалева-Райхенбехер Т.Г. Политический дискурс: Россия и Германия // Проблемы преподавания филологических дисциплин иностранным учащимся. 2010. № 1. С. 230-232.
9. Слышкин Г.Г. Лингвокультурные концепты прецедентных текстов в сознании и дискурсе. М.: Academia, 2000. 139 с.
10. Степанов Ю.С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип Причинности // Язык и наука конца XX века. Сб. статей. М.: РГГУ, 1995. С. 35-73.
11. Фауль Б.В., Демин Т.С. Теун Ван Дейк и современный дискурс-анализ // Филология и литературоведение. 2015. № 9 URL: http://philology.snauka.ru/2015/09/1686 (Дата обращения: 28.11.2017).
12. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. СПб.: Наука, 2001. 380 с.
13. Чернявская В.Е. Коммуникация в науке: нормативное и девиантное. Лингвистический и социокультурный анализ. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2017. 240 с.
14. Чернявская В.Е., Молодыченко Е.Н. Речевое воздействие в политическом, рекламном и интернет-дискурсе. М.: ЛЕНАНД, 2017. 176 с.
15. Языкознание. Большой энциклопедический словарь / гл. ред. В.Н. Ярцева. М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. 685 с. 16. van Dijk T.A. Discourse Studies: A Multidisciplinary Introduction. Spain: Pompeu Fabra University; SAGE Publications Ltd, 2011. 432 p.|
17. Slembrouck S. Explanation, intepretation and critique in the analysis of discourse / S. Slembrouck // Critique of Anthropology. 2001. № 1 (21), pp. 33-57.
18. Wodak R. Disorders of Discourse. London: Longman, 1996. 200 p.