Рейтинг@Mail.ru
Куроедова Светлана Ивановна Русская православная церковь
РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ В КОНЦЕ ХIХ – НАЧАЛЕ ХХ вв.: УЧАСТИЕ В РЕВОЛЮЦИОНИЗАЦИИ ОБЩЕСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ
 
THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH IN NHE LATE XIX – EARLY XX centuries: PARTICIPATION IN REVOLUTIONIZING PUBLIC CONSCIOUSNESS
 
Куроедова Светлана Ивановна,
студент
Тамбовский филиал Российской академии народного хозяйства и
государственной службы при Президенте Российской Федерации,
г. Тамбов, Россия
Kuroedova Svetlana I.,
Student
Tambov branch of the Russian Presidential Academy of
National Economy and Public Administration, Tambov, Russia
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
УДК 93
 
Аннотация: В статье исследуется состояние кризиса Русской Православной церкви (РПЦ) в конце ХIХ – начале ХХ вв.
Ключевые слова: религия, Русская Православная церковь, патриарх, митрополит, революция, новая государственная власть, обновленчество.
Abstract: Thearticle examines the state of crisis of the Russian Orthodox Church in the late XIX – early XX centuries.
Key words: religion, the Russian Orthodox Church, patriarch, metropolitan, revolution, the new state power, renovationism.
 
Такой мощный социальный институт как РПЦ на протяжении всего своего существования взаимодействовал с государственным аппаратом и, как правило, всегда поддерживал его самодержавный строй. Так, во времена Петра Великого РПЦ оказалась в «синодальном пленении» и стала полностью управляться государственными чиновниками. Спустя почти две сотни лет проблема взаимоотношений власти духовной и власти государственной достигла своего апогея. По стране прокатилась волна социальных революций. РПЦ, не прошедшая реформации и не приспособившаяся к условиям нового капиталистического общества, находилась в весьма критическом положении.
В годы Революции и Гражданской войны в России вопросы, касающиеся церкви, религии и религиозного сознания в целом были в числе тех, которые оказывали неоднозначное влияние на ситуацию в стране. Так по оценке генерал-лейтенанта. А.И. Деникина: «Я не хочу обвинять огульно православное военное духовенство. Много представителей его проявили подвиги высокой доблести, мужества и самоотвержения. Но надо признать, что духовенству не удалось вызвать религиозного подъема среди войск. В этом, конечно, оно нисколько не виновато, ибо в мировой войне, в которую была вовлечена Россия, играли роль чрезвычайно сложные политические и экономические причины, и не было вовсе места для религиозного экстаза. Но, вместе с тем, духовенству не удалось создать и более прочную связь с войсками. Если офицерский корпус все же долгое время боролся за свою командную власть и военный авторитет, то голос пастырей с первых же дней революции замолк, и всякое участие их в жизни войск прекратилось». [1] Взаимоотношения новой государственной власти и церкви носили, мягко говоря, «проблемный» характер.
Советское государство и правящая коммунистическая партия использовали в антирелигиозной политике широкий арсенал средств и методов: от прямых репрессий, закрытия храмов и физического уничтожения священнослужителей до подрыва церкви изнутри, поддержки и провоцирования раскола в рядах служителей культа и мирян. Большинство священнослужителей и иерархов понимало, что непосредственное подчинение церкви государству, в конце концов, оказывает негативное воздействие, как на авторитет церкви, так и на её влияние в обществе в целом. Именно поэтому, всё чаще и чаще высказывались мысли о предоставлении церкви большего уровня самостоятельности, особенно в решении тех вопросов, которые напрямую связаны с её внутренними проблемами. В начале ХХ века Николаем II было учреждено Предсоборное Присутствие, которое в течение нескольких месяцев должно было подготовить богословские и канонические проекты основных решений для созыва Поместного Собора. Впоследствии, был сделан сводный доклад, обобщающий все выводы Предсоборного Присутствия. Этот доклад был представлен императору для ознакомления, и 25 апреля 1907 года он наложил резолюцию: «Собор пока не созывать». Протянулось это «пока», к сожалению, вплоть до 1917 года, и поэтому на протяжении последнего предреволюционного 10-летия церковь была практически полностью парализована и не могла препятствовать разрушительным процессам, которые происходили в жизни страны в тот период. Для России весь 1917 год стал годом развернутых дискуссий о возобновлении патриаршества в церковном управлении. Сразу же после революционных событий, в ноябре месяце, в Храме Христа Спасителя было оглашено имя нового Патриарха. Им стал митрополит Тихон (Белавин В.И.). Политическая позиция нового Патриарха стала ясна довольно быстро: в июле 1918 года он публично осудил расстрел императора Николая II, его семьи и приближенных, а через некоторое время и вовсе провозгласил анафему большевикам. Церковь являлась духовно-нравственной оппозицией большевикам, которые претендовали на идеологическую монополию. Кроме идейного противостояния очевидной была борьба светских и духовных тенденций в меняющейся России. После долгого периода, когда РПЦ занимала вторичные места в государстве, она начала активно претендовать на повышение собственной роли в общественных процессах. 2 декабря 1917 г. на заседании Поместного собора был принят документ «О правовом положении Российской Православной Церкви». В нем декларировалась позиция Церкви по отношению к русской государственности. Основные положения данного документа гласили о том, что Собор говорит не просто о первенствующем положении Православной Церкви, а именно о публично-правовом: первенствующее положение Церкви должно быть закреплено в законах Российского государства. Что касается деятельности государства по отношению к церкви, то она непременно должна исходить из того, как Церковь видит свое регулирующее место в государственной жизни России. Церковь в своей жизни основывается только на собственных догматических, канонических традициях, и никто, в том числе и государство, не имеет право в это вмешиваться. От политики Советской власти того периода складывается устойчивое впечатление, что большевики внимательно изучили этот документ и сделали все с точностью до наоборот, издав свой закон «О свободе совести». Другое дело, что еще до появления данного закона, уже началась массированная атака на Церковь с полным пренебрежением ко всему, о чем говорилось в этом определении Поместного собора. Законодательный акт «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» или закон о свободе совести, принятый советской властью в январе 1918 года, поставил Церковь в такие условия, к которым она была явно не готова. По большому счету Церковь была единственной организацией, которая противостояла большевистскому произволу. Перегибы, последовавшие в государственно-церковных отношениях при проведении антирелигиозной политики, привели к открытой борьбе. Осознание невозможности быстрой ликвидации такого мощного социального института как Церковь подтолкнуло Советскую власть к тому, чтобы взять курс на медленное, но верное разложение Церкви изнутри. Движение за «обновление» Русской Православной Церкви возникло ещё в начале марта 1917 года, сразу же после отречения императора от престола, при поддержке обер-прокурора Святейшего Синода В. Н. Львова. Обновленческая Церковь противопоставлялась патриаршей и должна была стать единственной законной Церковью в Советской России. VI отделение Секретного отдела ОГПУ полностью контролировало деятельность обновленцев. Руководителем данного отделения был член партии большевиков Е. А. Тучков. Весной 1922 года было предъявлено обвинение патриарху Тихону (по делу об изъятии церковных ценностей), после которого он находился под домашним арестом. К этому моменту обновленчество уже существовало в виде различных реформаторских групп, таких как «Живая Церковь», «Союз церковного возрождения», «Союз общин Древлеапостольской Церкви» (СОДАЦ), «Народ и Церковь» и множество других менее крупных образований. Они создали общий орган руководства Церковью — «Высшее Церковное Управление» (ВЦУ), которое было призвано для того, чтобы заменить Патриарха. Таким образом, обновленцы более года занимали главенствующее положение в церковной жизни страны. За это время они успели создать в каждой епархии организационные структуры, позволяющие активно проводить обновленческую политику на местах. Так, в ведении обновленческой Церкви оказалось большинство православных приходов страны.
Значение обновленческого раскола для развития страны и РПЦ имело, безусловно, отрицательные последствия. Во-первых, он ослабил единство церкви, и подорвал авторитет духовенства среди истинно верующих людей. Во-вторых, он не помог советскому бюрократическому государству решить главную задачу — искоренить религиозное сознание у советских людей, о чем явно свидетельствовали итоги Всесоюзной переписи населения в 1937 г. По полученным данным, из 98 миллионов 400 тысяч человек старше 16 лет, которые проживали на территории СССР, верующими себя назвали 55,3 млн человек, или более 55 %. Православными себя назвали 41,6 млн человек, т. е. 42,3 % взрослого населения, или 75,2 % из всех религиозных людей. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что около ⅔ населения страны остались верующими, из них ⅔ на селе и ⅓ в городе. [2] Трудно согласиться с утверждением В. В. Лавринова, который пишет о позитивизме обновленческого раскола: «Однако создание обновленческих структур имело и позитивные последствия, т. к. обновленцы первыми выстроили взаимоотношения с советской властью, в какой-то мере стали буфером в борьбе между консервативным крылом Церкви и богоборческим государством. Кроме того, обновленческий раскол послужил оздоровлению церкви, обремененной многовековой рутиной архиерейского произвола и чиновничьего бюрократизма». [3] Думается, что единственным «положительным» последствием обновленческого раскола для тоталитарного политического режима было то, что этот режим без труда выявлял всех бескомпромиссных противников обновленчества среди верующих и в дальнейшем, в первую очередь, подверг их репрессиям как истинных борцов за православную веру.
  
Список использованных источников:
 
1. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Москва: Айрис-Пресс, 2013.
2. Жиромская В. Б. Полвека под грифом «Секретно»: Всесоюзная перепись населения 1937 года / В.Б. Жиромская, И. Н. Киселев, Ю. А. Поляков. М., 1996.
3. Лавринов В. В. Обновленческий раскол в Русской православной церкви в 1920-1940-е гг. (на материалах Урала): дис. …канд. истор. наук. Екатеринбург, 2010. 



grani ligotip

perevod