Рейтинг@Mail.ru
_076_Шиповская Анна Анатольевна
РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ АРХЕТИПИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ "МАГИЯ" В СЕТЕВОМ ЖАРГОНЕ
 
REPRESENTATION OF THE ARCHETYPICAL CATEGORY MAGIC IN THE NET JARGON
 
 Шиповская Анна Анатольевна,
кандидат филологических наук
Тамбовский государственный технический университет,
Россия, Тамбов
Shipovskaya Anna A.,
Ph.D. in Philology
Tambov State Technical University,
Russia, Tambov
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
УДК 80
 
Аннотация: Данная статья посвящена анализу репрезентации метафорической категории магия в сетевом жаргоне.
Ключевые слова: когниция, концепт, концептуализация, язык, метафора,архетип, жаргон.
Abstract: The article is devoted to the analysis of archetypical category representation in the net jargon.
Key words: cognition, concept, conceptualization, language, metaphor, archetype, jargon.
 
Социолекты, к числу которых относят сленг, жаргон, диалекты представляют собой языковые варианты, характерные для определенной социальной группы, традиционно являются объектом пристального внимания исследователей из различных областей науки. И даже в рамках одного направления можно обнаружить множество подходов к изучению данного явления. Так, например, такой относительно новый вид социолекта, как сетевой жаргон, изучался с позиций семантики, коммуникативного подхода, лингвокультурного и психологического направлений. Однако имеющиеся на сегодняшний день исследования носят далеко не исчерпывающий характер; результаты, полученные в них, базируются на системно-языковых факторах и не затрагивают концептуальный уровень репрезентации исследуемых единиц, а также не учитывают взаимосвязей между концептами, вербализуемыми русскоязычными и англоязычными сетевыми жаргонизмами. Остается открытым вопрос о когнитивной сущности процесса жаргонообразования. Все это указывает на недостаточную изученность сетевого жаргона и необходимость его системного описания с позиций новой парадигмы знаний – когнитивной лингвистики.
Основным постулатом когнитивной лингвистики является существование тесной взаимосвязи языка, мышления и культуры. Следует заметить, что в современной лингвистике не существует единого мнения о характере данной взаимосвязи. Тем не менее, в трактовках различных ученых можно выделить две основные тенденции.
Согласно одной из них, язык и мышление основаны на отношениях тождества [40; 44; 45; 50]. Так, например, Б. Уорф и Э. Сепир, объединяли язык и мышление в единый когнитивный процесс «языкомышление» [45;50].
Современные исследования в области когнитивной психологии доказывают, что мышление человека может происходить как в вербальной, так и авербальной форме [14; 15; 30; 31; 40; 41].
Так, Р.И. Павиленис отмечает, что подлинная роль языка в познании мира не сводится к порождению мысли – приписывание ему этой функции методологически несостоятельно; необязательно его участие и в этом процессе (мышлении); но как только оно происходит, существеннейшие изменения происходят и в самом этом процессе. Мышление принимает качественно новую форму не только потому, что складываются предпосылки коммуникации, но и потому, что «манипулируя … вербальными символами», человек получает возможность «манипулировать концептами системы» и строить новые концептуальные структуры [41, c. 114].
Схожих представлений придерживаются З.Д. Попова и И.А. Стернин, утверждая, «языковая картина мира не равна когнитивной, последняя неизмеримо шире, поскольку названо в языке далеко не все содержание концептосферы, далеко не все концепты имеют языковое выражение и становятся предметом коммуникации. Поэтому судить о когнитивной картине мира по языковой картине мира можно лишь в ограниченном масштабе, постоянно имея в виду, что в языке названо лишь то, что имело или имеет для народа коммуникативную значимость – об этом народ говорит или говорил» [42, c. 5-6].
Таким образом, несмотря на имеющиеся расхождения во мнениях относительно влияния языка на процесс мышления, очевидно совпадение взглядов представителей различных направлений в признании существования взаимосвязи языка и когниции, что, следовательно, служит основанием изучения языковых средств с целью раскрытия природы когнитивных структур и процессов.
Изучение репрезентации картин мира в языках различных народов и социальных групп является одним из наиболее актуальных направлений в когнитивной лингвистике. Принимая во внимание способность концепта сочетать в себе универсальные, национальные и социальные компоненты [32; 42; 47], мы предлагаем пойти дальше и обратиться к изучению их взаимосвязей на примере вербализации архетипической категории магия в сетевом жаргоне.
Жаргон как «разновидность речи, используемой в общении отдельной относительно устойчивой социальной группой, объединяющей людей по признаку профессии, положения в обществе, интересов или возраста» отражает картину мира социума который постоянно воспроизводит и пополняет его. «Соотношение лексики разговорного происхождения, а также характер её переосмысления в жаргоне зависят от ценностной ориентации и характера социальной группы: носит она открытый или замкнутый характер, органически входит в общество или противопоставляет себя ему. В открытых группах (молодёжь) жаргон — это «коллективная игра». В замкнутых группах жаргон — также сигнал, различающий «своего» и «чужого», а иногда — средство конспирации» [55, c. 151]. Учитывая взаимосвязь языковой картины мира и когнитивной следует сделать вывод о том, различные типы жаргонов отражают разные социальные картины мира.
Современная наука активно оперирует терминами «картина мира», «концепт», «архетип», «категория». С развитием научной мысли их толкование становится все более сложным и многообразным. В рамках данной статьи под термином «картина мира» вслед за З.Д. Поповой и И.А. Стерниным, мы будем понимать «упорядоченную совокупность знаний о действительности, сформировавшейся в общественном (а также групповом, индивидуальном) сознании» [42, c. 4] и состоящую из концептов. В свою очередь концепт как «оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга, всей картины мира, отраженной в человеческой психике» [38, c. 90], находит выражение в языковых знаках и, благодаря этой способности, становится объектом изучения в когнитивных исследованиях.
По мнению ученых, занимающихся изучением природы концептов, данные ментальные единицы обладают разным статусом. «Существует довольно глубокий пласт нашей психики, содержащий концепты общие для всех людей которые несут сильный эмоциональный заряд. Архетип – это и есть первобытный образ, персонаж или модель, который повторяется в литературе и мышлении достаточно постоянно, чтобы считаться универсальным понятием» [49, c. 9]. Термин «архетип» насчитывает не одно столетие. Принято считать, что данный термин был первоначально введен в научную практику в период античности Платоном, которой понимал под ним прототип всех вещей, лежащий в основе мышления. Платон выдвинул идею о том, что мир по природе своей двойственен и состоит из предметного мира и мира идей. Видимый мир вещей изменчив, в то время как мир идей представляет собой истинное бытие. Идея, согласно Платону, это смысл и сущность вещи. В основе теории Платона заложено противопоставление бытия и небытия, мира чувственных вещей (материи) и мира идей. В своей концепции древнегреческий ученый отводил ведущую роль архетипам как метафизическим идеям, или моделям, тогда как реальные вещи у него являются лишь отражением этих моделей. На протяжении двух тысяч лет интерес к архетипам то ослабевал, то возникал вновь. Так, схожие идеи можно встретить в трудах христианских апологетов и отцов церкви, например Иринея, Августина, Ареопагита, а также и у иудеев и язычников – Филона, Цицерона, Плиния. Понятие архетип было распространено и в средние века в среде мистиков и алхимиков.
Автором понятия архетипа, в том варианте, который широко используется в наши дни, принято считать Карла Юнга. Поскольку архетип, в толковании христианских и языческих неоплатоников соответствовал «идее» Платона, Юнг считал правомерным его употребление в психологии [54].
Одним из первых психологов, заметивших влияние бессознательных слоев психики на характер действий индивида был Зигмунд Фрейд. Ученый выдвинул теорию, согласно которой, неосознанные мотивы носят личный характер. Карл Густав Юнг пошел дальше: он высказал мысль о том, что бессознательное делится на личное и коллективное. Личное формируется прижизненным опытом человека. Коллективное бессознательное формируется не только в процессе воспитания и социализации, на определенном уровне оно представляет собой хранилище латентных следов памяти человечества. В нем отражены мыслеформы, общие для всех представителей homo sapiens и являющиеся результатом нашего общего психо-эмоционального прошлого «в коллективном бессознательном содержится все духовное наследие человеческой эволюции, возродившееся в структуре мозга каждого индивидуума» [54, c. 81]. Структурными единицами коллективного бессознательного являются архетипы.
Архетипы – врожденные идеи, которые заставляют людей воспринимать, переживать и реагировать на события определенным образом. На самом деле, это не воспоминания или образы как таковые, а скорее, предрасполагающие факторы, под влиянием которых люди реализуют в своем поведении универсальные модели восприятия, мышления и действия в ответ на какой-либо объект или событие. Врожденной здесь является именно тенденция реагировать шаблонно на конкретные ситуации – например, на рождение ребенка, при возникновении чувства влюбленности, при столкновении с опасностью и т.д.
Архетип, в этой связи, представляет собой ментальную структуру с помощью которой проявляется и передается накопленный опыт людей. Например, никто из людей не видел живого волшебника. Однако благодаря архетипу волшебник при упоминании этого персонажа у представителей разных культур в голове появляется практически одинаковый образ: пожилой мужчина с бородой, одетый в накидку, балахон или плащ, практически всегда имеющий головной убор, посох, суму, книги, магические атрибуты.
Для удобства описания архетипа вслед за З. Д. Поповой и И. А. Стерниным, выделившими в структуре концепта универсальные, национальные, социальные и др. компоненты [42], говоря об архетипах, мы имеем в виду компоненты концепта, принадлежащие универсальной картине мира, о социальных концептах, соответственно компоненты концепта, являющиеся частью одной из социальных картин мира.
К настоящему моменту в науке утвердилась теория, согласно которой в основе множества когнитивных процессов лежит категоризация. Как отмечает Е.С. Кубрякова, «нет ничего более основополагающего для мыслительной и предметно-познавательной деятельности человека, чем его способность к категоризации, то есть к процессу образования категорий как отражающих самые существенные, самые общие итоги своеобразной сортировки всей доступной человеку информации и сведения ее разнообразия к определенным классам, разрядам и рубрикам» [38, c. 7].
Под категорией в данном исследовании мы будем понимать одну из познавательных форм мышления человека, позволяющую обобщать его опыт и осуществлять классификацию [37, c. 45].
Как известно, магия является одним из центральных понятий человеческой культуры в целом. Нет ни одного народа, в культуре которого отсутствовало бы представление о сверхъестественных силах. С древних времен люди разных народов верили в силы недоступные пониманию, поклонялись богам, приносили им жертвы, старались договориться с ними, принося им дары, угождая, совершая ритуальные действия. Например, на этом принципе построены многие древние религии такие, как религия цивилизации Майя, Египта, Синтоизм, и др. В качестве примера того, что интерес к данной области не ослабевал никогда можно привести такие типы магических практик и верований как вуду, шаманизм, ведьмачество и т.д. зародившиеся тысячи лет назад и практикуемые по сегодняшний день, на эти темы писали и пишут книги, снимают фильмы и сочиняют стихи и песни. Таким образом, можно утверждать архетипическую природу мира магии в мировой культуре. Важность данной природы проявляется на языковом уровне в виде слов и выражений, употребляемых как в прямом, так и в переносном значении, например, ведьма, шабаш, (рус.), magic, witchcraft (анг.), Hexe, Zauberstab (немец.), conjurer, magie (фр.), czarować, magia (польск.), trylle, magi (норвеж.), besweer, magie (африкаанс) и др., пословиц и произведений устного, письменного жанров.
Слов репрезентирующих различные аспекты мира магии настолько много, что концепты, вербализуемые ими, можно объединить в категорию.
Так, концепты с единым признаком отношение к магии можно отнести к одной из подкатегорий например, действующее лицо (волшебник, околдованный), магические техники и ритуалы (ритуал вызова дождя, снятие сглаза), магические атрибуты (книга заклинаний, волшебная палочка), и т.д.
Равноправность статуса и репрезентативности подкатегорий позволяют сделать предположение о кластерном характере устройства категории магия. Под кластером, вслед за Н.Н. Болдыревым, следует понимать сложное пересечение нескольких подкатегорий, ни одна из которых не может рассматриваться как центральная [28, c. 93].
Ученые в области когнитивной лингвистики справедливо считают метафору одним из наиболее эффективных средств изучения процессов категоризации. В данном исследовании мы понимаем под метафорой «одну из форм концептуализации, когнитивный процесс, который выражает и формирует новые понятия … и может рассматриваться как видение одного объекта через другой и в этом смысле является одним из способов репрезентации знания в языковой форме» [37, с. 55].
Метафора является одним из способов жаргонообразования, и учитывая ее способность объединять две концептуальные области [39] – ценным источником информации о том каким представляют мир ее носители, который дает возможность проследить влияние внешних факторов на социальные картины мира, а также выделить закономерности их формирования.
Метафора, как понимание одного объекта через призму другого [39], является ключом к выявлению архетипов на системном уровне и отражает взаимосвязь двух концептуальных областей, в данном случае архетипической кластерной категории магия и ряда концептов сетевой картины мира.
Анализ сетевых жаргонизмов, образованных в результате метафоризации, позволил обнаружить довольно большую группу жаргонизмов обозначающих в национальном языке различные магические ритуалы и действия, магические атрибуты и т.п. например, casting the runes, voodoo programming, black magic, black art, deep magic, что позволяет предположить существование концептуального заимствования из архетипической кластерной категории магия.
Для непосвященных магия связана с миром непонятного и необъяснимого. Заимствование целого ряда слов, репрезентирующих архетипическую кластерную категорию магия, концептуальной областью представленной сетевым жаргоном позволяет сделать вывод о важности данных понятий и устойчивом восприятии ряда социальных реалий через приму необъяснимого и волшебного.
Важно отметить, что согласно повторяющимся признакам, концепты сетевой картины мира, образованные в результате метафорического переноса из данной категории, могут быть условно отнесены к одной из 3 групп: волшебник, магические техники и обряды, магические атрибуты.
Остановимся подробнее на репрезентации каждой из подкатегорий.
Согласно концепции К. Юнга архетип волшебник представляет собой один из основных архетипов [54]. Волшебник обладает магическим знанием и может сделать невозможное возможным. Мы можем наблюдать проявление этого архетипа в литературе различных веков и культур, например, Мерлин, Гудвин, Хоттабыч, Гарри Поттер, что подтверждает принадлежность данного концепта к универсальным.
Архетип волшебник послужил областью источником при формировании концептов wizard, house wizard в англоязычной сетевой картине мира. Рассмотрим примеры.
wizard – 1. A person who knows how a complex piece of software or hardware works; esp. someone who can find and fix bugs quickly in an emergency. Someone is a hacker if he or she has general hacking ability, but is a wizard with respect to something only if he or she has specific detailed knowledge of that thing. A good hacker could become a wizard for something given the time to study it. 2. A person who is permitted to do things forbidden to ordinary people; one who has wheel privileges on a system. 3. A Unix expert, esp. a Unix systems programmer. This usage is well enough established that ‘Unix Wizard’ is a recognized job title at some corporations and to most headhunters [25].
Согласно дефиниции, под сетевым жаргонизмом wizard (пер. волшебник) принято понимать 1. Человека, который детально разбирается в том, как работает некий аспект программного или аппаратного обеспечения; жаргонизм часто употребляется в отношении того, кто может найти и быстро исправить ошибки в программном коде в случае необходимости. В определении уточняется, что человека можно назвать хакером (жарг. высококлассным программистом), если он или она имеет склонности к программированию и делают это по-настоящему хорошо, но волшебником в отношении чего-либо он/она становится только вникнув в суть программы. Хороший хакер может стать волшебником, если дать ему время изучить программу. 2. Личность с административными привилегиями, которой разрешено делать вещи в системе, запрещенные обычным людям. 3. Эксперт в операционной системе Unix, жаргонизм часто применим, когда речь идет о системных программистах Unix. Следует отметить, что жаргонное выражение «Unix Wizard» (Волшебник в Unix) является известным для большинства кадровиков, занимающихся поиском персонала, и даже стало наименованием должности в ряде корпораций.
house wizard – A hacker occupying a technical-specialist, R&D, or systems position at a commercial shop. A really effective house wizard can have influence out of all proportion to his/her ostensible rank and still not have to wear a suit [8].
House wizard (пер. доморощенный волшебник), как объясняется в определении, – это хакер (жарг. высококлассный программист), занимающий должность технического специалиста, либо работающий в отделе научных исследований и разработок, либо имеющий одну из ключевых должностей в коммерческом магазине. Настоящий доморощенный волшебник может обладать всем спектром влияния согласно своей должности, при этом не обязан заниматься материальной стороной вопроса.
Как следует из примеров, жаргонизмы wizard и house wizard возникли в результате метафорического переноса концептуальных признаков из области источника архетипа волшебник в области-цели, представленные концептами wizard и house wizard социальной картины мира. Основанием переноса послужили общие признаки, а именно обладание исключительными знаниями (knows how a complex piece of software or hardware works, has specific detailed knowledge of that thing, expert), обладание набором привилегий недоступных обычным людям (who is permitted to do things forbidden to ordinary people, not have to wear a suit), влиятельность (can have influence out of all proportion to his/her ostensible rank). Как известно, волшебник владеет неким знанием, недоступным для непосвященных, которые позволяют оказывать влияние на власть имущих и, в свою очередь, гарантируют обладание привилегиями, которые возвышают его над окружающими. Сама номинация жаргонизмов указывает на наличие положительной оценки того что делают люди, называемые в сетевом сообществе волшебниками. Именно эти признаки подверглись переносу.
При описании действий волшебников часто указывается совершение неких магических действий и ритуалов.
Несмотря на различие культур, мифы и легенды разных эпох приписывают волшебникам силы творить заклинания. Согласно русско-английскому энциклопедическому словарю искусств и художественных ремёсел под редакцией А.А. Азарова, заклинание – это словесная формула, имеющая, по суеверным представлениям, чудодейственное свойство влиять на естественный ход событий [27]. В силу сходства языковых выражений, а также общности ряда концептуальных признаков, логично сделать вывод о том, что сетевой жаргонизм incantation (пер. заклинание) имеет метафорическое словообразование. Рассмотрим пример.
incantation – Any particularly arbitrary or obscure command that one must mutter at a system to attain a desired result. Not used of passwords or other explicit security features. Especially used of tricks that are so poorly documented that they must be learned from a wizard [9].
Жаргонизм incantation обозначает некую малопонятную команду, которую нужно ввести чтобы достичь желаемого результата. Жаргонизм используется не в отношении паролей или других средства защиты, а для номинации трюков, которые практически не отражены в документации, и о наличии которых необходимо узнавать у самого волшебника (жарг. создателя программы).
Как следует из примера, в содержание концепта incantation, репрезентированного одноименным сетевым жаргонизмом, входят такие признаки как введение незадокументированной условной команды для получения желаемого результата (any particularly arbitrary or obscure command that one must mutter at a system to attain a desired result), которую необходимо узнать непосредственно у самого волшебника (жарг. создателя программы) (they must be learned from a wizard). Подбор слов для описания значения данного жаргонизма – «пробормотать заклинание» (that one must mutter, if you mutter the right incantation), трюки/уловки (trick), узнать у волшебника (they must be learned from a wizard) указывает на то, что концепт incantation, принадлежащий сетевой картине мира, произошел в результате метафорического переноса из области источника – архетипа заклинание подкатегории магические ритуалы и обряды. Основанием переноса послужила ассоциация компьютерной команды, которая полностью не отражена в документации, с заклинанием, соответственно, введение данной команды ассоциируется с произнесением заклинания. Согласно определению существует устойчивая взаимосвязь между концептами волшебник (wizard) и заклинание (incantation), так как о наличии подобной команды необходимо узнать именно у него (must be learned from a wizard). Учитывая взаимодействие данных концептов на уровне универсальной картины мира, следует сделать вывод о том, что данная взаимосвязь также подверглась заимствованию.
Для всех культур развитие магии связано с желанием повлиять на ход естественных событий и оказать влияние на то, что не поддается контролю. Одним из видов подобных магических манипуляций является ритуал. История знает различные виды подобных ритуалов и в каждой культуре они могут быть свои, но их также объединяет вера в то, что совершение неких символических действий инициирует ряд желаемых изменений в реальном мире. Часть картины мира, представленной сетевым жаргоном, имеет областью источником именно эти концепты универсальной картины мира.
Например, wave a dead chicken – To perform a ritual in the direction of crashed software or hardware that one believes to be futile but is nevertheless necessary so that others are satisfied that an appropriate degree of effort has been expended [22].
Жаргонное выражение wave a dead chicken обозначает набор стандартных, но абсолютно бесполезных ритуальных действий направленных на устранение неполадок в программном или аппаратном обеспечении производимых с единственной целью продемонстрировать окружающим, что для решения проблемы было сделано все возможное. Концепт, репрезентированный данным жаргонизмом, произошел в результате метафорического переноса из области источника, который представлен магическим ритуалом вуду. На это указывает, во-первых, словесная формулировка «wave a dead chicken», что дословно означает размахивать мертвой курицей. Известно, что в магических ритуалах вуду часто присутствует жертвоприношение животных. Для того чтобы произвести ошеломляющее впечатление на публику, при совершении ритуала зажигаются свечи, колдун умерщвляет животное и размахивает бьющимся в последних конвульсиях петухом или курицей.
Таким образом, основанием для метафорического переноса послужил ряд сходных признаков, а именно, выполнение набора шаблонных действий, которые направлены на достижение определенной цели (to perform a ritual in the direction of crashed software or hardware), бесполезность данного рода действий (one believes to be futile), действия направлены на убеждение аудитории, что все необходимые усилия были приложены (necessary so that others are satisfied that an appropriate degree of effort has been expended). Так же как и колдун, выполняющий ритуал, компьютерный специалист должен заставить окружающих проникнуться ощущением сложности стоящей перед ним проблемы и заставить их поверить в эффективность предпринятых усилий.
rain dance – 1. Any ceremonial action taken to correct a hardware problem, with the expectation that nothing will be accomplished. This especially applies to reseating printed circuit boards, reconnecting cables, etc. 2. Any arcane sequence of actions performed with computers or software in order to achieve some goal; the term is usually restricted to rituals that include both an incantation or two and physical activity or motion [16].
Жаргонизм rain dance, который дословно переводится как «танец-заклинание для вызова дождя» в сетевом жаргоне означает – 1. Набор действий предпринятых для устранения проблемы с аппаратным обеспечением, и выполняемых с твердой уверенностью, что проблема не будет решена. Это особенно относится к переустановке печатных плат, повторному подключению кабелей и т.д. 2. Непонятная для окружающих последовательность действий, выполняемых с компьютерами или программным обеспечением для достижения некой цели; этот термин обычно ограничивается выполнением ритуалов, которые включают в себя одно-два заклинания (жарг. введение команд) и физическое воздействие.
Согласно дефиниции, выполнение заведомо бесполезных действий для устранения поломки ассоциируется у членов сетевого сообщества с ритуальным танцем для вызова дождя. Как известно, в культурах коренных народов северной Америки присутствовал магический ритуал по вызову дождя. Основанием для метафорического переноса из области-источника архетипической подкатегории магические ритуалы и обряды в область цели, представленную сетевым жаргонизмом rain dance, послужили сходные признаки, а именно намерение повлиять на ход событий (action taken to correct a hardware problem; arcane sequence of actions performed with computers or software in order to achieve some goal), совершение заведомо бесполезных действий (with the expectation that nothing will be accomplished). Важно обратить внимание на выбор слов для описания значения жаргонного выражения. Так, отсылка к использованию заклинаний (жарг. введение команд) (an incantation or two), т.е. неизвестных другим людям команд и приемов указывает на взаимосвязь концептов rain dance и incantation.
Концептуальный признак непонятность принципа работы для окружающих характерен для целого ряда концептов, возникших в результате метафорического переноса из архетипической категории магия в сетевую картину мира. Рассмотрим примеры.
casting the runes – What a guru does when you ask him or her to run a particular program and type at it because it never works for anyone else; esp. used when nobody can ever see what the guru is doing different from what J. Random Luser does. A correspondent from England tells us that one of ICL’s most talented systems designers used to be called out occasionally to service machines which the field circus had given up on. Since he knew the design inside out, he could often find faults simply by listening to a quick outline of the symptoms. He used to play on this by going to some site where the field circus had just spent the last two weeks solid trying to find a fault, and spreading a diagram of the system out on a table top. He’d then shake some chicken bones and cast them over the diagram, peer at the bones intently for a minute, and then tell them that a certain module needed replacing. The system would start working again immediately upon the replacement [3].
Значение жаргонизма casting the runes сводится к описанию действий эксперта в области программирования, когда вы спросите его или ее, запустить определенную программу и внести в нее изменения, потому что она никогда не работает у кого-либо еще. Часто используется для описания действий гуру (жарг. выдающегося программиста), смысл которых не осознается окружающими, в отличие от действий обычного специалиста. Так, корреспондент из Англии рассказал историю о том, как одного из самых талантливых разработчиков систем ICL постоянно вызывали для устранения неполадок в аппаратном обеспечении с которыми не могли справиться сами инженеры-разработчики. Так как он знал, дизайн изнутри, он часто мог найти неисправности, просто прослушав список симптомов. Он играл на этом, отправляясь к инженерам, которые провели последние две недели пытаясь найти ошибку. Он раскладывал диаграмму системы на столе, «подбрасывал гадальные кости», смотрел в течение минуты «как они упали на стол» и говорил, какой модуль системы нужно заменить. И, о чудо, после замены именно этого модуля система начинала работать.
Как следует из примера, в социальной картине мира существует аналогия непонятных, но эффективных действий компьютерного специалиста высокого уровня с гаданием на костях. Таким образом, метафорическому переносу из области источника архетипической подкатегории магические ритуалы и обряды в область цели, репрезентируемую сетевым жаргонизмом casting the runes, подверглись такие признаки как непонятность для окружающих (it never works for anyone else), эффективность (the system would start working again immediately).
voodoo programming – [from George Bush’s «Voodoo Economics»] The use by guess or cookbook of an obscure or hairy system, feature, or algorithm that one does not truly understand. The implication is that the technique may not work, and if it doesn’t, one will never know why. Almost synonymous with black magic, except that black magic typically isn’t documented and nobody understands it [21].
Сетевой жаргонизм, который можно перевести на русский как «вуду программирования» возник по ассоциации с книгой «Вуду экономики» Джорджа Буша, и означает использование никому не понятного заумного компонента программы или алгоритма наугад или после прочтения нужной информации в справочном руководстве. Смысл в том, что даже если эта техника и не работает, то опять же непонятно, почему. Данный жаргонизм является почти полным синонимом жаргонизма black magic, за исключением того, что в значении второго жаргонизма имеется указание на то, что некий компонент попросту незадокументирован, и поэтому никто понимает, как он работает.
Основанием для метафорического переноса послужил общий признак непонятность принципа работы, присущий как магической практике вуду, так и компоненту программы, чей алгоритм работы кажется непонятным обычному программисту.
Жаргонизм black magic является синонимом voodoo programming. Различие состоит только в степени непонятности. Рассмотрим следующую дефиницию.
black magic – A technique that works, though nobody really understands why. More obscure than voodoo programming, which may be done by cookbook [2].
Как следует из дефиниции, жаргонизм black magic (пер. черная магия) представляет собой технический метод, который работает, хотя на самом деле никто не понимает, почему. Жаргонизм предполагает большую загадочность процесса, чем voodoo programming (вуду программирования), которое может производиться исходя из информации, представленной в справочном руководстве.
Таким образом, основанием для метафорического переноса из архетипической подкатегории магические ритуалы и обряды категории магия в область цели, репрезентированную сетевым жаргоном, следует считать признак непонятность принципа работы для окружающих.
Одним из основных признаков следующих концептов категории магия, репрезентируемой в сетевом жаргоне, является засекреченность. Например, black art – A collection of arcane, unpublished, and (by implication) mostly ad-hoc techniques developed for a particular application or systems area (compare black magic). VLSI design and compiler code optimization were (in their beginnings) considered classic examples of black art; as theory developed they became deep magic, and once standard textbooks had been written, became merely heavy wizardry. The huge proliferation of formal and informal channels for spreading around new computer-related technologies during the last twenty years has made both the term ‘black art’ and what it describes less common than formerly [1].
Согласно дефиниции, black art (пер. чернокнижие) является коллекцией тайных, неопубликованных, и, в основном, узкоспециализированных технических методов, разработанных для конкретного приложения или системной области. Проектирование сверхбольших интегральных схем и компиляторная оптимизация кода когда-то считались классическими примерами чернокнижия (пер. жарг. black art). По мере развития теории они стали тайной магией (пер. жарг. deep magic), и как только стандартные учебники были написаны, стали просто колдовской наукой (пер. жарг. heavy wizardry). Огромное распространение формальных и неформальных каналов для получения информации о новых разработках в сфере компьютерных технологий за последние двадцать лет, сделало этот термин менее популярным.
Основанием для метафорического переноса в данном случае является общий признак засекреченность. Так, в универсальной картине мира чернокнижие связывают с тайными знаниями, недоступными для непосвященных. В случае с сетевой картиной мира это узкоспециализированные технические методы, которые неизвестны широкому сообществу. Основой ассоциации послужила элитность данного рода знания.
Синонимом жаргонизма black art является жаргонное выражение deep magic. Рассмотрим пример, deep magic – [poss. from C. S. Lewis’s “Narnia” books] An awesomely arcane technique central to a program or system, esp. one neither generally published nor available to hackers at large (compare black art); one that could only have been composed by a true wizard. Compiler optimization techniques and many aspects of OS design used to be deep magic; many techniques in cryptography, signal processing, graphics, and AI still are [4].
Жаргонизм deep magic (пер. тайная магия), заимствованный из книги Льюиса «Хроники Нарнии», означает невероятно загадочный технический метод работы с программой или системой, не упоминающийся в технической документации и не известный большинству хакеров (можно провести параллели с жаргонизмом чернокнижие). Приемы оптимизации программы в процессе компилирования, как и многие аспекты разработки операционной системы когда-то считались тайной магией. Многочисленные технические средства в криптографии, обработке сигнала, графике и методы работы с искусственным интеллектом до сих пор ею считаются.
Как следует из приводимого примера, основанием для переноса из области источника архетипа магия в область цели, представленную англоязычным сетевым жаргонизмом deep magic, как и в случае с black art, послужил общий признак непонятность принципа работы для окружающих. Подобно тому, как в примитивном мире знания природы вещей считались магическими и были доступны только для ограниченного круга привилегированных лиц, картина мира, репрезентированная в англоязычном сетевом жаргоне, отражает ту же тенденцию, но уже в современном ее варианте.
heavy wizardry – Code or designs that trade on a particularly intimate knowledge or experience of a particular operating system or language or complex application interface. Distinguished from deep magic, which trades more on arcane theoretical knowledge. Writing device drivers is heavy wizardry [7].
Согласно дефиниции, heavy wizardry (пер. колдовская наука), представляет собой жаргонизм, означающий программный код или дизайн, которые созданы с применением чрезвычайно глубоких познаний или опыте работы с конкретной операционной системой, языком программирования или интерфейсом сложного приложения. По значению отличается от тайной магии (пер. жарг. deep magic) тем, что вторая больше построена на использовании засекреченных теоретических знаний. Написание драйверов устройств может считаться примером колдовской науки.
Как следует из определения, жаргонизм heavy wizardry отражает результат построенной ассоциации между колдовской наукой и глубокими познаниями.
Таким образом, подводя итог описанию примеров метафорического переноса из подкатегории магические ритуалы и обряды архетипической категории магия, следует сделать вывод о том, что концепты, репрезентированные жаргонизмами voodoo programming, black magic, black art, deep magic, heavy wizardry заимствовали такой признак как недоступность для понимания непрофессионалами. Наличие синонимии в рамках одной языковой картины мира, в данном случае сетевого жаргона, говорит об особой важности данного общего признака у концептов для сетевого сообщества. Существование единого источника метафорического переноса, а также ссылок на синонимичные жаргонизмы в определениях утверждает существование прочных концептуальных взаимосвязей.
Подкатегория магические атрибуты архетипической категории магия явилась областью источником для таких концептов сетевой картины мира, как wizard mode, wizard book, magic cookie. Рассмотрим примеры. wizard mode – A special access mode of a program or system, usually passworded, that permits some users godlike privileges. Generally not used for operating systems themselves. This term is often used with respect to games that have editable state [24].
Согласно определению, жаргонизм wizard mode (пер. режим волшебника) представляет собой специальный режим доступа к программе или системе, как правило, защищенных паролем, который наделяет некоторых пользователей привилегиями недоступными для большинства. Как правило, жаргонизм используют в отношении не операционных систем, а игр с редактируемой средой.
Как следует из примера, концепт, репрезентированный жаргонизмом wizard mode, возник в результате метафорического переноса. Слово wizard, стоящее перед существительным mode, в данном случае, выступает в роли прилагательного и обозначает «волшебный» или «присущий волшебнику». Данный фактор связывает концепт wizard mode с областью источником архетипом волшебник. Основанием для метафорического переноса послужил общий признак обладание привилегиями. Как было описано выше (см. анализ метафорического переноса при образовании концепта, вербализуемого жаргонизмом wizard) концептуальный признак обладание привилегиями является частью архетипа волшебник. Как мы видим, при формировании концепта, репрезентируемого жаргонным выражением wizard mode, основной признак обладание привилегиями недоступными для большинства (permits some users godlike privileges) был заимствован из архетипа волшебник в область цели представленную концептом wizard mode, и на языковом уровне отражается в виде прилагательного wizard.
Далее рассмотрим примеры подобного рода.
Wizard Book – «Structure and Interpretation of Computer Programs» (Hal Abelson, Jerry Sussman and Julie Sussman; MIT Press, 1984, 1996; ISBN 0-262-01153-0), an excellent computer science text used in introductory courses at MIT. So called because of the wizard on the jacket. One of the bibles of the LISP/Scheme world [23].
Согласно определению, учебник «Структура и интерпретация компьютерных программ» авторов Харольда Абельсона, Джеральда Сассмана и Джулии Сассман выпущенный издательством Массачусетского технологического института в 1984 году и переизданный в 1996; ISBN 0-262-01153-0 получил наименование в сетевом жаргоне Wizard Book (пер. Книга Волшебника или Волшебная книга). Данная замечательная книга о программировании использовалась как учебник для начального курса программирования в Массачусетском технологическом институте. Она получила такое название из-за рисунка на ее обложке, на котором изображен волшебник. Книга является одной из библий, раскрывающих тайны языков программирования.
Как следует из примера, ассоциацией для возникновения жаргонизма послужила картинка волшебника на обложке книги. С другой стороны, наличие большого количества концептов, основанных на концептуальной взаимосвязи программирования и архетипической категории магия, говорит о том, что дело не только в картинке, но и в том, что сетевое сообщество имеет устойчивую тенденцию к восприятию программирования как волшебства.
magic cookie – 1. Something passed between routines or programs that enables the receiver to perform some operation; a capability ticket. Especially used of small data objects that contain data encoded in a strange or intrinsically machine-dependent way. 2. An in-band code for changing graphic rendition or performing other control functions [12].
Жаргонизм magic cookie (пер. волшебное печенье) означает 1. Некую информацию, перебрасываемую между программами, которая обязует принимающую программу выполнить ряд операций. Иными словами, это ключ позволяющий доступ к объекту в компьютерной системе. Жаргонизм часто используется в отношении небольших объектов данных, которые содержат данные, закодированные странным или машинно-ориентированным образом. 2. Внутриполостной код управления для изменения графического изображения или выполнения других функций управления.
Интересно отметить, что программисты, которые работали над концепцией сookies, назвали их так потому, что эта концепция схожа с тем, что представляет собой китайское «печенье счастья», внутри которых содержатся бумажки с предсказаниями. Как правило, сookies - это способ сохранения пользовательской информации, касающейся различных сайтов и браузера на диске пользователя. Они позволяют идентифицировать пользователя без необходимости вводить данные по-новой. Однако волшебными (magic) они становятся, если имеют функцию управления (enables the receiver to perform some operation; a capability ticket).
Важно отметить, что в сетевом жаргоне существуют автономные прилагательные magic и wizardly.
wizardly – Pertaining to wizards. A wizardly feature is one that only a wizard could understand or use properly [26].
Имеющий отношение к волшебникам. Волшебная функция – это функция, которую может понять и правильно использовать только волшебник.
magic – 1. As yet unexplained, or too complicated to explain; 2. Characteristic of something that works although no one really understands why (this is especially called black magic). 3. A feature not generally publicized that allows something otherwise impossible, or a feature formerly in that category but now unveiled [13].
Согласно дефиниции, magic (пер. магический) имеет значение 1. чего-то, чему до сих пор не находят объяснения. 2. Характеристика того, что работает, хотя на самом деле никто не понимает, почему 3. Функция, как правило, не описанная в руководствах и справочниках, которая позволяет в иных случаях осуществлять нечто невозможное, или функция ранее находящаяся в этой категории, но в настоящее время известная.
Как следует из примеров, концепты magic и wizardly имеют прочную взаимосвязь с архетипом волшебник. Так, в дефинициях указанных жаргонизмов раскрываются такие признаки как непонятность для непосвященных (unexplained, or too complicated to explain; no one really understands; only a wizard could understand or use properly), оказание влияния (enables the receiver to perform some operation; a capability ticket; control functions), принадлежность волшебникам (pertaining to wizards). На основании вербального тождества, а также общности концептуальных признаков можно сделать вывод о том, что в основе образования этих жаргонизмов лежит метафоризация, а областью источником послужила архетипическая категория магия.
Суммируя выше изложенное, важно отметить, что в ходе анализа дефиниций сетевых жаргонизмов, образованных в результате метафорического переноса было обнаружено, что концепты, репрезентируемые сетевыми жаргонизмами, взаимосвязаны с концептами, принадлежащими универсальной картине мира. Так одной из областей заимствования при формировании сетевой картины мира послужила архетипическая кластерная категория магия.
Данная категория состоит из множества подкатегорий, ни одну из которых нельзя выделить в качестве главной. При метафорическом переносе из архетипической категории магия в область цели, представленную сетевым жаргоном, наибольшее число заимствований приходится на подкатегории волшебник, магические ритуалы и обряды, а также магические атрибуты.
Так, было установлено, что концепты wizard, house wizard англоязычной сетевой картины мира возникли в результате метафорического переноса из архетипической подкатегории волшебник. Основанием для переноса послужили такие общие признаки, как обладание исключительными знаниями, обладание набором привилегий недоступных обычным людям, влиятельность.
В универсальной картине мира существует представление о магии как о неком культе таинственного и непонятного, недоступного многим. В такой ее трактовке, магия воспринимается как средство влияния на окружающий мир с помощью магических обрядов и древних ритуалов. Именно такое представление послужило основой для метафорического переноса из подкатегории магические ритуалы и обряды. Особенностью репрезентации данной подкатегории в сетевом жаргоне является синонимия. Было выявлено, что признак недоступность для понимания непрофессионалами является общим для концептов, вербализуемых жаргонизмами voodoo programming, black magic, black art, deep magic, heavy wizardry. Большое, в рамках социолекта, количество жаргонизмов со сходными значениями, указывает на актуальность данного признака для лиц, пользующихся сетевым жаргоном.
Архетипическая подкатегория магические атрибуты послужила областью источником для таких концептов как wizard mode, wizard book, magic cookie. Рассматривая языковой уровень вербализации концептов, образованных в результате метафорического переноса из данной архетипической подкатегории, удалось обнаружить, что основной смысловой компонент «волшебности» несут прилагательные magic и wizardly, а также такие существительные в функции прилагательных, как например, wizard. Входя в состав жаргонного выражения, они отражают взаимосвязь концептов сетевой картины мира с архетипической категорией магия.
Анализ дефиниций сетевых жаргонизмов позволил выяснить, что при метафорическом переносе заимствованию подверглись не только признаки архетипов, но их взаимосвязи. Существование ссылок друг на друга в дефинициях жаргонизмов подтверждает мысль о том, что при заимствовании в новую область концепты существуют не разрозненно, а имеют тенденцию сохранять связи присущие им в области источнике. Данный фактор позволяет нам предположить, что этот процесс направлен на придание целостности и стабильности новой картины мира. Он упорядочивает и выстраивает ее вокруг значимых концептов, привносит внутреннюю логику и готовит к правильному восприятию реалий непосвященными.
 
Список использованных источников:
 
1. Black art. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/black%20art (Дата обращения: 30.09. 2016).
2. Black magic. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/black-magic (Дата обращения: 30.09. 2016).
3. Casting the runes. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/casting-the-runes (Дата обращения: 30.09. 2016).
4. Deep magic. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/deep%20magic (Дата обращения: 30.09. 2016).
5. Fauconnier G. Conceptual Integration and Formal Expression / Fauconnier G., Turner M. // Journal of Metaphor and Symbolic Activity. 1995. Vol. 10 (3). P. 183-204.
6. Fillmore Ch.J. An alternative to checklist theories of meaning // BLS, 1975, v.1. P. 123-131.
7. Heavy wizardry. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/heavy%20wizardry (Дата обращения: 30.09. 2016).
8. House wizard. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/house-wizard (Дата обращения: 30.09. 2016).
9. Incantation. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/incantation (Дата обращения: 30.09. 2016).
10. Johnson-Laird P.N. Mental Models / P.N. Johnson-Laird. Cambridge, 1983. 213 p.
11. Jonson M. The Body in the Mind. The Bodify Basis of Meaning, Imagination, and Reason. The University of Chicago Press, 1987. 96 p.
12. Magic cookie. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/magic-cookie (Дата обращения: 30.09. 2016).
13. Magic. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/magic (Дата обращения: 30.09. 2016).
14. Paivio A. Mental representations: A dual coding approach. Oxford Psychol. Series. N 9. N.Y. Oxford univ. Press, 1986. P. 23-55.
15. Palmer S. E. Hierarchical structure in perceptual representation. Cognitive psychology. V. 9 (4). N.Y. Oxford univ. press. 1981. P. 441-474.
16. Rain dance. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/rain-dance (Дата обращения: 30.09. 2016).
17. Spiro, E. Melford Theoretical Papers of Melford E. Spiro. Ed. by B. Rilbornand L.L. Langness. Chicago, London : University of Chicago Press, 1987. 485 p.
18. Stewart W. Imagery and Symbolism in Counselling. London: Jessica Kingsley Publishers, 1996. 293 p.
19. The New Encyclopedia Britannica, Inc. Peter B. Norton, President and Chief Executive Officer Joseph J. Esposito, President Publishing Group. Chicago, Auckland/ London/ Madrid/ Manila/ Paris/ Rome/ Seoul/ Sydney/ Tokyo/ Toronto 15th Edition 1994, vol. 10. 952 p.
20. Tsilenko L.P. Linking English And Academic Research To Benefit Postgraduate Students' Education / L.P. Tsilenko, A.I. Karaseva, K.S. Tsilenko // Взаимодействие науки и общества: проблемы и перспективы сборник статей международной научно-практической конференции : в 3 ч. Уфа, 2016. С. 188-190.
21. Voodoo programming. Hacker Dictionary. URL: http://www.hacker-dictionary.com/terms/voodoo-programming (Дата обращения: 30.09. 2016).
22. Wave a dead chicken. New Hackers Dictionary. URL: http://www.outpost9.com/reference/jargon/jargon_38.html (Дата обращения: 30.09. 2016).
23. Wizard book. New Hackers Dictionary. URL: http://www.outpost9.com/reference/jargon/jargon_38.html (Дата обращения: 30.09. 2016).
24. Wizard mode. New Hackers Dictionary. URL: http://www.outpost9.com/reference/jargon/jargon_38.html (Дата обращения: 30.09. 2016).
25. Wizard. New Hackers Dictionary. URL: http://www.outpost9.com/reference/jargon/jargon_38.html (Дата обращения: 30.09. 2016).
26. Wizardly. New Hackers Dictionary. URL: http://www.outpost9.com/reference/jargon/jargon_38.html (Дата обращения: 30.09. 2016).
27. Азаров А.А. Русско-английский энциклопедический словарь искусств и художественных ремёсел. The Russian-English Encyclopedic Dictionary of the Arts and Artistic Crafts. Том 1 (электронная книга)
28. Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика. Тамбов: Изд-во Тамб. ун-та, 2000. 123 c.
29. Болдырев Н.Н. Концепт и значение слова // Методологические проблемы когнитивной лингвистики. Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2001. С. 25-36.
30. Брунер Дж. Психология познания. М.: Прогресс. 1977. 302 с.
31. Веккер Л.М. Психические процессы. Субъект. Переживание. Действие. Сознание. Т.3 / Л.М. Веккер. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та. 1976. 125 с.
32. Карасик В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград: Перемена, 2002. 477 с.
33. Клюкина Ю.В. Оценка внешности персонажа в художественном тексте: гендерный аспект // Альманах современной науки и образования. 2012. № 10. С. 100-101.
34. Клюкина Ю.В. Понятие внешнего портрета персонажа в современном языкознании // Альманах современной науки и образования. 2008. № 2-1. С. 113-114.
35. Клюкина Ю.В. Репрезентация архетипического противопоставления «свой - чужой» в жаргонах социальных групп (на примере жаргона программистов, уголовного и медицинского жаргонов) / Ю.В. Клюкина, А.А. Шиповская // Новая наука: Проблемы и перспективы. 2015. № 5-2. С. 137-140.
36. Клюкина Ю.В. Репрезентация метафоры «воин» в сетевом жаргоне / Ю.В. Клюкина, А.А. Шиповская // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. № 9-2. С. 102-105.
37. Краткий словарь когнитивных терминов. М.: Изд-во МГУ им. М. В. Ломоносова, 1996. 248 с.
38. Кубрякова Е.С. Язык и знание: На пути получения знаний о языке: части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира / Е.С. Кубрякова. М.: Языки славянской культуры, 2004. 506 с.
39. Лакофф Дж. Когнитивное моделирование (из книги «Женщины, огонь и опасные предметы ») // Язык и интеллект. М.: Прогресс, 1995. С. 143-183.
40. Лурия А.Р. Основы нейропсихологии: Уч. пособие. Москва изд-во МГУ, 1973. 376 с.
41. Павиленис Р.И. Проблема смысла: Современный логико-функциональный анализ языка / Р.И. Павиленис. М., 1983. 275 с.
42. Попова З.Д. Язык и национальная картина мира. Воронеж, 2002. 60 с.
43. Попова З.Д. Язык и национальное сознание. Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 1999. 218 с.
44. Рубинштейн С.Л. О мышлении и путях его исследования. М.: Изд-во АН СССР 1958. 175 с.
45. Сепир Э. Избранные труды по языкознанию и культурологии. / Э. Сепир. Пер. с англ. под ред. и с предисл., [6-22] А.Е. Кибрика. М.:. Прогресс. Изд. группа «Универс» 1993. 654 с.
46. Слышкин Г.Г. Дискурс и концепт (о лингвокультурном подходе к изучению дискурса) // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс. Волгоград: Перемена, 2000б. С. 38-45.
47. Слышкин Г.Г. От текста к символу: лингвокультурные концепты прецедентных текстов в сознании и дискурсе. М.: Academia, 2000а. 128 с. (электронная версия)
48. Стернин И.А. Концепты и невербальность мышления // Филология и культура: Материалы II Международной конференции: В 3 ч. Тамбов: Изд-во ТГУ, 1999. Ч 3. С. 69-79.
49. Стюарт В. Работа с образами и символами в психологическом. консультировании. М.: Независимая фирма «Класс», 1998. 306 с.
50. Уорф Б. Отношение норм поведения и мышления к языку // Новое в лингвистике. Вып. 1. М.: Изд-во иностр. лит., 1960. С. 135-168.
51. Циленко Л.П. Дифференциально - интеграционная парадигма современной научной диалектики / Л.П. Циленко, А.И. Карасева, К.С. Циленко // Взаимодействие науки и общества: проблемы и перспективы сборник статей международной научно-практической конференции : в 3 ч. Уфа, 2016. С. 190-192.
52. Шпетт Г.Г. Эстетические фрагменты // Сочинения. М.: Правда, 1989. 601 с.
53. Элифас Л. История магии. Обряды, ритуалы и таинства. М: Центрполиграф. 384 с.
54. Юнг К. Архетип и символ. М: Канон+. 2015. 336 с.
55. Языкознание: Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева. 2е (репринт) изд.1990г. М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. 685 с.