Рейтинг@Mail.ru
_007_Уварова Мария Валентиновна
СОЦИАЛЬНАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ ОБЩЕСТВА - ИНДИКАТОР РАЗВИТИЯ ГОСУДАРСТВА
 
SOCIAL STABILITY IS AN INDICATOR OF DEVELOPMENT OF THE STATE
 
 Уварова Мария Валентиновна,
кандидат педагогических наук
Казанский инновационный университет имени В.Г. Тимирясова (ИЭУП),
г. Набрежные Челны, Россия
Uvarova Mariya V.,
Ph.D. in Pedagogy
Kazan Innovation University named after VG Timiryasova (IEML),
Naberezhnye Chelny,
Russia E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
УДК 316
 
Аннотация: В статье рассматриваются аспекты социальной стабильности общества, значимость выбора модели роста социально-экономического развития общества.
Ключевые слова: бюджетная политика, социальная политика, человеческий капитал.
Abstract: The article discusses aspects of social stability, importance of the choice of growth model of socio-economic development of the society.
Key words: fiscal policy, social policy, human capital.
 
«Задача бюджетной политики на макроэкономическом уровне – обеспечить стабильное поступательное движение экономики вперед, защитить это движение от влияния внешнеэкономической конъюнктуры, создать такую макроэкономическую среду, которая позволит поддерживать устойчиво низкий уровень безработицы, низкий уровень инфляции, низкий стабильный уровень процентных ставок, стабильные налоговые условия, и главное – это обеспечить устойчивый рост доходов населения», – сказал о целях бюджетной политики на одном из обсуждения замминистра финансов РФ Максим Орешкин. [3]
Социальную стабильность общества, формирование человеческого капитала поддерживает и обеспечивает сегодня социальная политика государства, которая является частью бюджетной политики нашей страны.
В определении выбора модели роста социально-экономического развития общества, главным сравнительным преимуществом российской экономики способно служить только качество человеческого капитала, в котором велика роль социальной политики. Следовательно, именно она является индикатором развития, статьи расходов в ней - обязательной частью инвестиций.
В концепции устойчивого развития, демографические и экономические вызовы выводят человеческий потенциал в определяющий параметр формирования социальной политики государства.
Важно подчеркнуть, что смена модели экономического роста происходит на фоне существенного повышения доходов населения и значимых социальных общественных инвестиций; как результат, потребительский стандарт выживания перестал быть массовым. Однако отрицательные или низкие темпы роста доходов населения будут ограничивать развитие качественных социальных услуг по сравнению с периодом 2003–2013 гг. На передний план выдвигаются институциональные реформы, стартовавшие, но не завершенные во всех секторах социальной сферы. В первую очередь речь идет о повышении пенсионного возраста; эффективном контракте как форме трудового договора; структурных изменениях в социальных секторах, нацеленных на повышение уровня и качества жизни; расширении спектра услуг в дошкольном и дополнительном образовании, социальном обслуживании населения; реальном структурном сдвиге социальных льгот и выплат в сторону бедных слоев населения; внедрении механизмов соплатежей за социальные услуги для высокодоходных групп населения. Может быть также реализован переход на более адресную систему социальной помощи нуждающимся. Экономически значимые меры, такие как повышение пенсионного возраста, введение возможности соплатежей за получение медицинских и образовательных услуг более высокого качества, будут вынужденно отложены до 2019 г. [2]
В рамках вопроса социальной политики целесообразно говорить о следующих важнейших стратегических приоритетах развития страны, региона, муниципалитета:
– повышение уровня благосостояния и обеспечение нормальных условий воспроизводства граждан;
– обеспечение прогрессивного роста и формирование предпосылок выхода на траекторию устойчивого развития;
– максимальное использование условий, ресурсов и факторов производства;
– обеспечение взаимной экономической эффективности межрегионального сотрудничества;
– формирование микро-, мезо-, макроэкономических конкурентных преимуществ;
– активизация структурной перестройки, реконструкции и модернизации реального сектора региональной экономики.
Однако, необходимо вернуться к реалиям сложившейся ситуации, которую принято в последнее время называть "новая нормальность".
Коснемся только тех проблем, которые непосредственно касаются населения. Во-первых, спад доходов, заработной платы и потребления. В отличие от сжатия доходов и потребления, региональные рынки труда пока слабо реагируют на кризис. Во-вторых, неустойчивость бюджетов регионов, дефицит большинства из них и огромный долг, что несомненно отражается на социальных расходах бюджетов.
Приведем пример показателя - спад реальных доходов населения в 2015 г. (-4,7%) усилился по сравнению с 2014 г. (-0,7%). Стагнация реальных доходов населения началась до политических событий 2014 г. из-за внутренних барьеров развития, а сильный спад с декабря 2014 г. – из-за внешних факторов, прежде всего падения цен на нефть, спровоцировавшего девальвацию рубля. Спад реальных доходов населения в 2015 г. произошел в 78 регионах, в половине из них он был более сильным, чем в среднем по стране.
Снижение доходов населения и заработной платы сопровождалось еще более сильным спадом потребления. Только в 2015 г. россияне начали понимать, что кризис длительный. Население адаптируется к нему привычным способом - сокращая потребление и переходя в режим жесткой экономии. Объем розничной торговли сократился на 10% по сравнению с 2014 г., спад охватил 78 регионов. Территориальные масштабы и глубина спада розничной торговли максимальны среди всех социально-экономических индикаторов и сопоставимы только с падением реальной заработной платы. [1]
Необходимо отдельно остановиться на социальных расходах бюджетов регионов. Состояние бюджетов регионов стало ухудшаться с конца 2012 г. Причина хорошо известна – это майские указы президента о повышении заработной платы занятым в бюджетном секторе. Из всех средств, затраченных на выполнение указов, 70% израсходовали бюджеты регионов. Им пришлось увеличивать расходы, а доходы росли медленно из-за экономической стагнации, а затем и кризиса. Это и стало причиной разбалансировки бюджетов в течение последних трех-четырех лет.
Политика регионов в отношении расходов на социальные цели наиболее значима для населения, так как в российской бюджетной системе эти расходы в основном закреплены за региональными бюджетами. Оптимизация социальных расходов стала доминирующим трендом: 54 региона сократили расходы на культуру, 48 – на образование, 20 – на здравоохранение, 16 – на социальную защиту населения. Оптимизация обеспечивается разными способами: сокращаются сеть учреждений социальной сферы и численность занятых в них, надбавки к заработной плате, в здравоохранении сокращаются закупки дорогих лекарств и медицинского оборудования. В результате снижается доступность социальных услуг для населения и усиливается социальная напряженность. [1]
  
Список использованных источников:
 
1. Зубаревич Н.В. Социальная география российского кризиса // Общественные науки и современность. № 5. 2016. C. 5-18.
2. Социальная политика: долгосрочные тенденции и изменения последних лет. Краткая версия доклада: докл. к XVI Апр. междунар. науч. конф. по проблемам развития экономики и общества. Москва. 7–10 апр. 2015 г. / отв. ред. Я.И. Кузьминов, Л.Н. Овчарова, Л.И. Якобсон. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015.
3. Обухова Е. Сказка о стабильности // Эксперт. № 44. 01 ноября 2016. C. 15-18.