Рейтинг@Mail.ru
Maksimova_022014
СОВРЕМЕННЫЕ ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В МНОГОНАЦИОНАЛЬНОМ РЕГИОНЕ И ПРОБЛЕМЫ КОНСТРУИРОВАНИЯ ИДЕНТИЧНОСТИ МОЛОДЁЖИ
 
MODERN ETHNO-POLITICAL PROCESSES IN THE MULTINATIONAL REGION AND PROBLEMS OF YOUTH IDENTITY CONSTRUCTION
 
Максимова Ольга Николаевна,
кандидат политических наук
Оренбургский государственный аграрный университет,
г. Оренбург, Россия
Maksimova Olga N.,
Ph.D. in Political Science
Orenburg State Agrarian University,
Orenburg, Russia
E-mail:  Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
УДК 316.7
 
Аннотация: В статье изучаются проблемы конструирования идентичности молодёжи. На современном этапе, молодёжь все больше ориентируется на индивидуализм, семью и вместе с тем чувствительна ко всякого рода скрытой пропаганде. В мире оцифрованного и интернет-мыслящего общества, где имеет место виртуальная публичность возникают риски, связанные, с распространением определённого мировоззрения не всегда конструктивного, а порой деструктивного, экстремистского. В этой ситуации некие агенты социализации диктуют молодёжи репертуары идентичности. Перспективной задачей современного дня становится конструирование инклюзивной идентичности молодёжи по отношению к государству на основе принципа динамического экономического развития как приоритета будущего, способного, среди прочего, легитимировать этнополитическое равновесие.
Ключевые слова: Оренбургская область, идентичность молодёжи, этнополитическое равновесие, национализм.
Abstract: The paper studies the problem of youth identity construction. At the present stage, the youth is increasingly focused on individualism, family, and at the same time sensitive to all kinds of covert propaganda. In the world of digital and Internet-minded society where virtual publicity takes place, there are risks associated with the spread of a certain ideology which is not always constructive, and sometimes destructive and extremist. In this situation some agents of socialization dictate identity repertoires to young people. The promising task of the modern day is a design of inclusive identity of young people in relation to the state based on the principle of dynamic economic development as a priority in the future, capable to legitimize the ethno-political balance.
Key words: Orenburg region, youth identity, ethno-political balance, nationalism.
 
Этнополитические процессы в многонациональных регионах современной России, среди прочего, характеризуются усиливающейся тенденцией роста ксенофобии в молодёжной среде. Одним из подтверждений этого является поддержка молодыми россиянами лозунга «Россия для русских», как следствие утверждения в сознании молодёжи защитно-компенсаторного типа национализма, который в отличие от национализма эмансипационного, ориентированного на построение государства иного порядка (утверждение новой системы ценностей) апеллирует к сохранению существующего порядка, прежней системы ценностей, опираясь при этом на мифы, символы, идеи, историческую память.
В основе защитно-компенсаторного типа национализма лежит не поиск новых ориентиров развития, а принцип создания барьеров для утверждения в массовом сознании новых комплексов идей. Условием интеграции сообщества становится образ «чужого», «иного» как следствие отсутствия позитивных программ, идей, что связано с консервацией существующего положения через рост негативизма, через утверждение факторов враждебного отношения к другому.
Защитно-компенсаторный, ностальгический комплекс представлений об оставшейся в прошлом «великой державе» представляет собой внешний контур предельно общего российского «мы». На внутреннем уровне действуют такие механизмы сплочения и демаркации, как идеологическая и бытовая ксенофобия, дистанцирование, неприязнь к «другому» и «чужаку» [3, с. 57].
Появление фигуры Чужого маркирует ситуацию опасности. В каждой ситуации, связанной с безопасностью Я (и Моего), кроется противостояние с Чужим: мы защищаем свое бытие и свои ценности, свои «места памяти» [5] от Чужого [7, с. 18]. Те или иные характеристики, отличающие одних индивидов от других (культурные, этнические), выступают как символ, по отношению к которому могут выстраиваться социальные различия.
Этничность устойчива и первична по отношению к другим символическим полям, приобретаемым человеком по мере взросления. Это один из основных статусов человека, определяющий его оценивание и восприятие, но интенсивность переживания этничности (ее востребованность, степень выраженности) конструируется как внешними социальными обстоятельствами, так и внутренней установкой человека [8, 9]. Вместе с тем внутренние установки человека определяющие его менталитет, также являются подвижными поскольку могут измениться под воздействием инструментов социального манипулирования, например, распространения исторических мифов.
О взаимосвязи исторических мифов и культуры в своих трудах пишет политолог И.И. Глебова: «исторический миф есть отражение национальной истории в национальной культуре. Он рождается из переработанного культурой исторического опыта, а актуализируется в обстоятельствах, как-то этому опыту созвучных. На этой основе происходит перепроектирование идентичности» [4, с. 203, 239]. В середине 2000-х гг. в публичном дискурсе власти имели место установки на европейскую идентичность (Послание Президента РФ Федеральному Собранию 2005 г.), сегодня идентичность перепроецируется в «особую русскую», для которой характерен особый «культурный код». Согласно данному политическому дискурсу выстраивается иерархия исторических ценностей и происходит отбор исторических фактов и событий по их общественной значимости. Основной задачей данного процесса является ментальный перелом.
При этом важная особенность социальной памяти состоит в том, что она не является гомогенной и у разных социальных групп имеет свои отличия. Это выражается и в том, какие именно факты прошлого кажутся представителям этих групп наиболее значимыми, и в том, как по-разному они могут интерпретировать одни и те же факты, соответственно придавая им разное значение» [13, с. 65].
Трансформация ценностных представлений это культурно обусловленный процесс. Культура понимается как инерционная система, как совокупность норм и ценностей, которые являются изменчивыми.
С целью анализа трансформации ценностных приоритетов молодёжи обратимся к социологическим исследованиям в молодёжной среде, проведённым на территории Оренбургской области за 20-летний период с 1993 по 2013 гг. (один поколенческий цикл), анализ которых поможет проанализировать динамику ценностных ориентаций оренбургской студенческой молодёжи.
На вопрос об отношении к лозунгу «Россия для русских» в 1993 г. более 50% студентов ответили утвердительно, что слабо соотносится с позитивными этнополитическими установками. По итогам опросов в 1994–1996 гг. от 50 до 60% студентов одобряли (полностью или частично) лозунг «Россия для русских» [10]. В 2011 г. лозунг «Россия для русских» поддержали 36% опрошенных в группе 18–29 лет [6]. Исследования, проведенные в 2013 г. среди студентов пяти ВУЗов г. Оренбурга свидетельствуют о том, что лозунг «Россия для русских» поддерживали 28% респондентов [2]. Снижение нетерпимости по отношению к этническому другому в среде оренбургской студенческой молодёжи является позитивной практикой, однако в корне не меняет ценностной основы мировоззрения молодёжи.
Результаты социологических исследований, проведённых на территории Оренбургской области в 1996 г. свидетельствовали о либеральной направленности мировоззрения студентов по сравнению с ценностными представлениями населения области (таблица 1).
 
Таблица 1
 
Ценностные ориентации населения области и студенчества (май 1996 г., Оренбургская область) в % 
 
 идеи-символы  население области   студенчество 
 Возрождение России
11
20
 Свобода
4
15
 Вхождение в современный мир 
3
10
 Права человека
14
32
 
На первый взгляд, как отмечает руководитель социологического центра «Общественное мнение» Г.В. Шешукова, можно сделать вывод о том, что студенты выбирают скорее либеральные ценности, а не национальные или государственные. Но, это только вербальная направленность, которая слабо реализуется в поведении студентов. Поскольку лишь 43% студентов в данный период были ориентированы на участие в выборах [11, с. 47]. А это показатель поведенческой активности в реализации деятельности по утверждению новых ценностей, формированию новой картины мира, в том числе в сфере этнополитических отношений.
Не только студенты, но и оренбуржцы в целом по всему массиву опрошенных фактически не разделяют либеральные ценности. В ходе социологических опросов на территории Оренбургской области, как отмечает Г.В. Шешукова, отвечая на вопрос: «Вы за свободы и права личности?», – большинство оренбуржцев дают ответ – «да», вместе с тем при ответе на контрольные вопросы только 5–7% реально разделяют либеральные ценности. А вот национальные, державные уже больше, религиозные – более половины населения [12].
Как для жителей Оренбургской области в целом, так и для отдельных социальных групп одной из которых является молодёжь важное значение имеет этническая идентификация (таблица 2).
 
 Таблица 2
 
Этническая идентификация и ее значимость в возрастной группе 18–29 лет (в %)
 
 Этническая принадлежность 
 очень значима и значима
  год  %
   2004   72 
 2005   74 
 2006   79 
 2007   76 
 2011   75
 2013   27 
 
С целью выяснения соотношения гражданской, этнической и региональной идентичности в ходе социологических исследований студентам был задан вопрос о чувствах и ассоциациях, которые соответствуют понятию «Родина». По условиям анкеты респондент мог одновременно дать несколько определений. Для большинства студентов Родина – это Россия (62%). Вместе с тем, для почти половины опрошенных (44,3%) это еще и родной город, либо родной регион (39%). Студенты из Казахстана называли родиной Казахстан, или город, из которого они приехали. Больше трети (35,7%) студентов ассоциируют понятие Родина с историей России, а еще 9% – с историей своего региона. Таким образом, историческая память является в понимании студенческой молодежи важной частью восприятия Родины [1, с. 49]. Не случайно этот символический ресурс активно используется на современном этапе. Роль истории страны в последнее десятилетие заняла значительную нишу в официальном дискурсе власти. Дискурс власти ориентированный на историческое прошлое в первой половине 2000-х гг. и с каждым годом характеризующийся повышением внимания к исторической тематике, включённый в информационное и образовательное пространство, на современном этапе предопределил значимость исторической памяти в ценностных ориентациях современной молодежи.
Результаты социологических исследований 2012 г. в среде студенческой молодежи г. Оренбурга свидетельствуют о том, что суждения молодёжи о восприятии родины, сводятся к следующим: «родина – это место, где легко», «где всегда ждут», «там где хорошо душе» и характеризуют эмоционально-психологическое восприятие родины. Ответы студентов на вопрос «О какой из перечисленных групп Вы можете сказать «это – мы?» свидетельствуют об устойчивости приоритетов в структуре групповой идентичности. На первом месте по частоте упоминаний – семья, на втором – круг друзей, и только на третьем – гражданство («мы – это граждане страны»). Этническая идентичность в иерархии находится среди меньших предпочтений, по значимости она практически равна профессиональной групповой идентичности [1, с. 50]. Между тем современная оренбургская студенческая молодёжь интегрирована в региональные этнополитиеские процессы поскольку при опросе молодёжь, оказалась способной оценить межнациональные отношения в регионе и в их характеристике представлены как вполне позитивные.
Положительные оценки межнациональных отношений в группе опрошенных 18–29 лет за период с 1994 по 2012 гг. распределились следующим образом (см. таблицу 3).
 
Таблица 3
 

 

Положительная оценка межнациональных отношений в группе опрошенных 18–29 лет (в %)
 
 Межнациональные отношения в Оренбургской  
 области как «хорошие» оценили
  год    % 
   1994   56,5 
 2006   48 
 2010   55 
 2011   48 
 2012   61,4 
  
В 2013 г. о межнациональных отношениях в области в оценках оренбургской студенческой молодёжи можно судить по ответам на вопросы о дискриминации, ксенофобии и межэтнической толерантности. Треть студентов вообще никогда не сталкивались с дискриминацией. Две трети респондентов указали, что им довелось попадать в ситуацию, когда нарушались их права. Студенты в основном говорили об ущемлении своих прав в связи с возрастом и полом. Самый высокий уровень дискриминации отметили студенты в связи с конфликтом поколений – 27%, на ущемления в связи с полом указали 17% респондентов, по национальной принадлежности ущемление в правах ощущали 14% опрошенных [1, с. 51].
Вместе с тем в сознании оренбургских студентов все же имеются установки, связанные с недоброжелательным отношением к представителям разных национальностей (таблица 4).
 
Таблица 4
 
Недоброжелательное отношение молодежи (18 – 29 лет) к людям разных национальностей в 1993–2011 гг. (в%)
 
 На вопрос есть ли национальности, к которым Вы испытываете  
 неприязнь, утвердительно отвечали
 год    %  



 1993   32,6 
 1994   58,4 
 2006   34 
 2011   36 
 
В 2013 г. об уровне недоброжелательного отношения молодёжи к представителям разных этнических групп можно судить по тому, что 44% респондентов отрицательно относятся к трудовым мигрантам в России. В данной оптике это не вполне объективный показатель, поскольку большое значение при характеристике миграционных процессов имеет экономический фактор.
Негативные чувства у молодежи вызывают представители следующих национальностей: цыгане, чеченцы, азербайджанцы, таджики, армяне, узбеки, грузины (таблица 5).
 
Таблица 5
 
Национальности, вызывающие негативные чувства у студенческой молодежи (в %)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 национальности   2007 г.   2011 г.   
 цыгане     22    26  -4 
 азербайджанцы     19    18  +1 
 чеченцы     18    20  -2 
 армяне     12    12  0 
 таджики     10    16  -6 
 узбеки     10    11  -1 
 грузины     6    10  -4 
 
В 2011 г. 31% всех студентов вузов г. Оренбурга были готовы к личному участию в межэтнических конфликтах на стороне «своей» этнической группы.
Показателем, характеризующим не вербальный, а поведенческий потенциал межнациональной конфликтности является готовность к личному участию студенческой молодежи в межнациональном конфликте на стороне «своей» этнической группы (таблица 6).
 
Таблица 6
 
Готовность к личному участию студенческой молодежи в межнациональном конфликте на стороне «своей» этнической группы (в %)
 
 В случае необходимости готовы принять участи в межнациональном  
 конфликте на стороне «своей» этнической группы
 год   % 
     2007   37
 2011  31
 2013  68 
 
 
 
Результаты социологического опроса 2013 г. «Молодежь в полиэтничном регионе» свидетельствуют о том, что «готовность» участвовать в межнациональном конфликте на современном этапе проявили 68% всех опрошенных студентов. Из них 28% готовы конфликтовать на стороне представителей своей национальности, 40% выступили бы на стороне тех, кто прав, независимо от их национальности [2]. Готовность молодежи выступить на стороне тех кто прав вне зависимости от национальности свидетельствует о явном запросе на утверждение социальной справедливости в обществе.
В ценностных установках оренбургской студенческой молодёжи этнонационалистические стереотипы имели место в первой половине 1990-х гг. и зафиксированы в 2013 г. Вместе с тем мотивы этнической предубеждённости в сознании этих двух поколений молодёжи разные. В 1990-е гг. этнонационалистические стереотипы получили распространение в среде студенческой молодёжи как ответная реакция на распространение этнического национализма в республиках. На современном этапе проговариваемой политикой стало самочувствие русской нации как компенсаторный символический капитал, который использует власть для самозащиты. С одной стороны рост ксенофобии является следствием сокращения поля публичных дискуссий, публичной политики обуславливает этническую консолидацию. Полностью отрицать возможность этнической консолидации как этапа, предваряющего формирование политической нации нельзя, несмотря на то, что этническая консолидация русских в России осуществляется на негативной основе (противопоставление себя другим, поиск врагов и т.п.). Однако ожидать, что переключение кодов этнического сознания в сторону гражданственности наступит после очередного программного документа, целью которого будет формирование единой российской нации тоже весьма опрометчиво.
С другой стороны в мире оцифрованного и интернет-мыслящего общества, где имеет место виртуальная публичность возникают и новые риски, связанные, среди прочего с распространением определённого мировоззрения не всегда конструктивного, а порой деструктивного, экстремистского.
Чрезвычайно важной в процессе утверждения новой системы ценностей, основанием которой могли бы стать принципы свободы, справедливости, приоритета прав и как следствие доминирования, обозначенных ценностных установок утверждение в обществе этнополитического равновесия, представляется просветительская деятельность и образование. Образование способно производить культуру нации и соответственно может выступить гарантом этнополитической стабильности. Образование – лучшая инвестиция в человеческий капитал. Но если мы заглянем в некую хрестоматию институциональной экономики, то увидим, что инвестиции в человеческий капитал в десятилетнем промежутке времени не дают положительного мультипликатора, необходимо как минимум два-три десятилетия для формирования у молодёжи обоснованного видения того, к чему следует стремиться в будущем. Одним из приоритетов может выступать динамическое экономическое развитие. Объективная оценка собственного образа жизни с точки зрения будущего позволит молодёжи критически относится к проекциям «в прошлое», осознать преимущества системы отношений, в основе которой диалог и сотрудничество, по сравнению с системой отношений, в основе которой установки на изоляционизм и негативизм.
 
Список использованных источников:
 
1. Амелин В.В., Денисов Д.Н., Моргунов К.А. Оренбургская область / Молодежь в полиэтничных регионах Приволжского федерального округа. Экспертный доклад / Под. ред. В.А. Тишкова, В.В. Степанова. Оренбург: ООО ИПК «Университет», 2013.
2. Аналитический отчет. Молодежь в полиэтничном регионе. Руководитель исследования В.В. Амелин, исполнитель Г.В. Шешукова. Оренбург, 2013.
3. Вендина О.И. Могут ли в Москве возникнуть этнические кварталы? // ВОМ. 2004. № 3 (71).
4. Глебова И.И. Отечественная война в русской культуре / Труды по россиеведению: Сб. науч. тр. / РАН. ИНИОН. Центр россиеведения; Гл. ред. И.И. Глебова. М., 2011. Вып. 3.
5. Нора П. Проблематика мест памяти. Франция-память. СПб., 1999.
6. Отчёт «Профилактика интолерантности в молодёжной среде», сентябрь 2011 г. Социологическое исследование / руководители В.В. Амелин, Г.В. Шешукова // Текущий архив управления по связям с общественными, национальными и религиозными организациями министерства информационной политики, общественных и внешних связей Оренбургской области 2011.
7. Романова А.П., Хлыщева Е.В., Якушенков С.Н., Топчиев М.С. Чужой и культурная безопасность / А.П. Романова, Е.В. Хлыщева, С.Н. Якушенков, М.С. Топчиев. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2013.
8. Сикевич З.В. Социология и психология национальных отношений. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1999.
9. Сикевич З.В. Социальная психология этнических отношений. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008.
10. Шешукова Г.В. Роль и место системы образования в политической социализации населения современной России URL: http://reftrend.ru/360048.html (дата обращения: 15.12.2014).
11. Шешукова Г.В. Политическая культура электората российского региона (по материалам исследований, проведённых в Оренбургской области) / Г.В. Шешукова. Оренбург: УПЦ, 1997.
12. Шешукова Г.В. Гуманистический манифест 2000 // Материалы круглого стола URL: http://credonew.ru/content/view/188/52/ (дата обращения: 15.12.2014).
13. Шнирельман В.А. Идентичность, культура и история: провинциальный ракурс // Вестник Института Кеннана в России. Вып 13. 2008.